Евпатий Коловрат. Последний герой Древней Руси

Исследований по демографии Древней Руси весьма мало, а конкретно по Рязанскому княжеству не встречается вовсе. По оценкам археологов, в наиболее крупном городе княжества — Рязани проживало более 8000 человек, в остальных городах — значительно меньше. Надо учесть, что основу населения княжества составляли переселенцы с юга Руси, покинувшие родные места либо по причине частых в Поднепровье княжеских усобиц, либо вследствие роста численности населения, что при господствовавших тогда экстенсивных сельскохозяйственных технологиях требовало новых земель.

Однако Рязанское княжество было не самым привлекательным местом для переселенцев. Беспокойная обстановка степного пограничья и глухие мещерские леса на севере, известные своим воинственным нравом князья, которые и года не могли усидеть, чтобы не затеять ссору между собой или вмешаться в чужие усобицы, — все это уменьшало численность желающих осесть в этих краях. Но, с другой стороны, оставшиеся люди должны были отличаться недюжинной храбростью, смекалкой, силой и удалью. Недаром в «Повести» местные жители любовно называются «удальцы и резвецы, узорочье рязанское».

Судя по тому, что мы о нем знаем, герой нашего повествования был по характеру типичным рязанцем — недаром в одной из редакций он назван неистовым. И если наше предположение о его происхождении верно, то именно сходство характеров и помогло Евпатию адаптироваться на берегах Оки. Здесь на фронтире русской земли куда больше внимания обращали на личные качества, чем на происхождение. Только тут и мог состояться подвиг Коловрата. Так поступить мог только настоящий рязанец!

Глава 4

БОЛЬШАЯ УСОБИЦА

В «Повести о Николе Заразском» первое упоминание о Евпатии связано не с Рязанью, а с Черниговом. Именно с берегов Десны наш герой стремительно мчится в Рязань, чтобы принять участие в грозных и роковых событиях, финал которых происходит уже в земле Суздальской. Если последнее движение понятно — Евпатий преследовал армию Батыя, то место первого появления вызывает у историков вопросы. Каким образом рязанский вельможа оказался в другом княжестве и с какой целью? Довольно широко распространено мнение (особенно часто его можно встретить в художественных и научно-популярных изданиях), что Евпатий был послан в Чернигов своим князем за помощью[62]

. Однако это в некоторой степени противоречит источнику. Согласно «Повести» известие о нашествии было для Евпатия неожиданным и заставило немедленно мчаться в Рязань. Если бы целью его пребывания на берегах Десны был сбор помощи, то такое поведение выглядит просто предательством по отношению к своему князю. От посла ждут помощи, а он разрывает переговоры и скачет лишь с «малой дружиной». К тому же события зимы 1237 года развивались в стремительном темпе. В условиях цейтнота рязанские князья просто не успели бы отправить куда-то посла с миссией. Евпатий отправился в Чернигов значительно раньше, а чтобы попытаться выяснить, с какой целью, рассмотрим общую ситуацию на Руси того времени.

В школьных и вузовских учебниках начало XIII века описывается как период феодальной раздробленности, утраты политического и даже национального единства. Так ли это на самом деле? Строго говоря, наши представления о том, что при Владимире Святом, Ярославе Мудром или Владимире Мономахе существовало некое единое государство, которое кажется нам похожим на государство потомков Ивана III, являются несколько упрощенными. Древнерусское государство не было ни централизованным, ни по-настоящему единым. Власть киевских князей держалась исключительно на вооруженной силе и личном авторитете. При малейшем ослаблении центральной власти земли стремились отложиться, и каждому следующему князю приходилось «покорять» их заново. Монополизация княжеской власти в руках представителей Рюрикова дома была лишь первым шагом на пути образования страны и народа, но принципиально ситуацию не меняла. Кажущееся единство страны при великих киевских князьях достигалось лишь за счет их колоссальных личных усилий. И как только на золотом столе киевском оказывались люди менее способные, чем Ярослав Мудрый или Владимир Мономах, мнимое единство мгновенно распадалось.

Принятие христианства, постепенное складывание общенациональной культуры, миграционные потоки, которые разрушили прежние племенные союзы, — все это шаг за шагом закладывало основу для будущего единства страны. Князья стремились укрепить собственные уделы и, опираясь на них, объединить страну. Если Юрий Долгорукий почти всю жизнь боролся за золотой киевский стол, а добыв его, убедился в эфемерности власти, которую он давал, то его сыновья — Андрей Боголюбский и Всеволод Большое Гнездо, — настолько укрепили свой удел, что могли влиять на общерусские процессы из Владимира куда в большей степени, чем их отец из Киева.

В целом в начале XIII века Русь была куда ближе к единству, чем во времена Владимира Мономаха, хотя карты в исторических атласах и говорят нам об обратном.