Европа во времена Первой мировой войны. Дневники посла Великобритании во Франции. 1914—1918 годы

«En Allemagne la vie économique est encore relativement intense, mais l’appel de toutes les réserves va entraver le travail, et d’un autre côté le manque de matières premières, comme les textiles, va bientôt obliger les usines à fermer. Aucun moratorium n’a été décrété ni por les dépôts en banque ni pour les autres dettes, et l’on me dit que les réglements se font encore assez bien. L’aisance monétaire ou du moins fiduciaire est réelle et l’entrain pour la souscription à l’emprunt de guerre a été extraordinaire»[71].

Шабо[72], который служил своего рода «объединительным элементом» между определенными правительственными кругами и Мюратами, Ла Тремуями, Ротшильдами и пр., командует фронтовой кавалерийской бригадой. Недавно он побывал рядом с армией Френча; его дважды ранили, и теперь он лежит в госпитале. Он сказал герцогу Ла Тремуйлю, что организация и боевые качества английских войск чудесны и вызывают восхищение у всей французской армии. Сегодня хорошие новости; мы устойчиво продвигаемся в Бельгию. Бедная Бельгия! Как она пострадала от германского вторжения и бельгийской, французской и британской обороны и как еще пострадает от англо-франко-бельгийского вторжения и германской обороны! В Германии начинают расти цены на продукты; если немцам самим придется экономить, они заставят в полной мере испытать нужду французских, бельгийских, британских и русских пленных. Неплохо было бы снабжать немецких пленных во Франции и Англии французскими и английскими газетами в переводе на немецкий язык — пусть они знают, что происходит на самом деле. Перевод парламентской «Белой книги», касающейся переговоров перед войной, просветит пленных на предмет ответственности за войну.

20 октября 1914 г. Я не слышу ничего, кроме похвал по поводу условий в наших госпиталях и больницах Красного Креста под наблюдением Альфреда Кеога[73], который сейчас уехал или собирается уехать и вернуться к своей прежней работе в военном министерстве и занимает место сэра Артура Слоггета[74].

Ллойд Джордж ненадолго отправился на автомобиле в Амьен; он захватил с собой лорда Рединга, сэра Джона Саймона и сэра Чарльза Генри. Жан де Кастеллан[75] сопровождал группу в качестве переводчика; такую задачу поручил ему военный комендант Парижа, к чьему штабу он прикомандирован.

Здесь жалуются на медленное продвижение русских, хотя сначала они наступали слишком быстро. И все же в конце концов они побьют немцев количеством, если не военным превосходством. Нас ужасно тормозит дурацкая Лондонская декларация, которую мудро не приняла Палата лордов, а правительство немудро приняло частично для нынешней войны. Декларация не дает нам контролировать ввоз в Германию, через нейтральные государства, товаров, которые позволят ей продолжать борьбу гораздо дольше, чем если бы такой декларации не было, что может иметь для нас очень серьезные последствия. Отстаивать свои права нам мешает страх перед Соединенными Штатами, которые рады прекрасной возможности вести оживленную торговлю с Германией. На другие страны, такие как Италия, Испания, Норвегия, Швеция, Дания и Голландия, мы могли бы просто плюнуть.

21 октября 1914 г. В Курансе умер Филипп Эльзасский; от чего, я не слышал. Он был мэром своей коммуны. Его брат, Д’Энен, который женился на сестре Жана де Ганэя, вернулся на военную службу. У него неплохой послужной список.

Ли пишет из Парижа, что визит Ллойд Джорджа главным образом был связан с оружием и боеприпасами и что он повидался с несколькими экспертами; он должен был совершить шестидневную автомобильную поездку, но ее сократили примерно до 36 часов. Из Парижа они поехали в Амьен, из Амьена в Гавр, а затем в Англию, так как он должен был вернуться из-за срочных дел. Кроме того, Ли телеграфирует, что дела на фронте не так хороши, как вчера. По слухам, Френч и Жоффр вынуждены были сегодня созвать совещание для ускорения затянувшейся позиционной борьбы на севере. Сегодня за ужином я разговаривал с послом Бельгии, который только что вернулся из Гавра. Там он слышал самые лестные отзывы об условиях в британских госпиталях. Все интересуются бедными ранеными. Насколько ужасно в некоторых случаях немцы обращаются с нашими ранеными! В «Таймс» за понедельник — немецкие солдаты глумились над тремя англичанами, не давая им еды и совершенно не заботясь о них. Вместо того чтобы предъявить им протест через представителя какой-либо незаинтересованной нейтральной страны, их называли «продажными свиньями». Чего бы я не отдал, чтобы увидеть, как повесят Вильгельма и всех его генералов! Это они повинны в зверствах и жестокости! Бельгиец сказал, что дом мадам де Бай ограбил не кронпринц, а второй сын кайзера, Эйтель Фридрих Прусский. Бельгийская королева сейчас находится с армией: она вышла пешком из Антверпена вместе с королем. Они проделали долгий и утомительный путь. Именно такие поступки оправдывают монархию в глазах народа.