"Фантастика 2025-64". Компиляция. Книги 1-23

— Только не говорите мне про сентябрь, — тянет он с утомлённым выражением лица, — Я думал, что уже всем цирковым в России известно, что на осень мы всей труппой традиционно выезжаем в Швейцарию, Баден-Баден и Ниццу. Там в это время чудо, как хорошо. И к тому же, у меня нервы.

И ведь ни слова не врёт, собака! Впрочем, зря я его ругаю. Всё он понимает. Но один чёрт при переездах в другой город каждый раз заглядывает ко мне в номер, и показательно вздыхает, не забыв высказать, что он живёт не в пример скромнее и номер у него вроде, как поменьше будет.

И хоть мы оба знаем, что номер у него точно такой же люкс, как и у меня, но пусть тешится и прибедняется человек. Мне не жалко. Лишь бы свою работу хорошо выполнял, и не делал мне нервы, как выражается его жена Изольда Абрамовна.

Так-то, да. Я звезда. Если что, на наших афишах так и написано: «Король Арены», чуть ниже идёт моё большое фото, и дальше каскад более мелких фотографий с перечислением остальных номеров нашей труппы.

Да, я многое заимствую, переосмысливаю и подгоняю к своему образу. Даже мой псевдоним — Фламик, родился, как производное от Карандаша, знаменитого советского клоуна. Слово фломастер мне не понравилось, зато Фламик, как родной вписался. Моя Масюня — это Манюня моего однофамильца, ещё одного именитого клоуна Бориса Вяткина, а её окрас, на который я повёлся — когда ещё щенком увидел её в руках какого-то забулдыги, выклянчивающего «на пузырь» у винного магазина — почти точь-в-точь, как у одной из собак с фотографий Чаплина. У той белой, что с тёмным ухом и глазом.

Кстати, о моей красавице Масюне… Не понял, с чего вдруг она «дракона» включила и рычит? Кошек вокруг не видно. Вроде мы одни по набережной Исети гуляем. Никого нет вокруг. Ни души. Я остановился, не понимая причины волнения собаки. На этом всё и закончилось. Дальше наступила темнота.

Через какое время мы с Масюней очнулись, сказать точно не могу. В какой-то момент поймал себя на том, что начинаю замерзать и непроизвольно поглаживаю собаку, развалившуюся на коленях.

— Ограбили? — мелькнула мыль.

Вроде, нет. Сижу на лавочке, Масюня бессовестно дрыхнет, засунув нос под расстёгнутую куртку. Телефон нашёлся сразу, а там я и карту нащупал. Вот только откуда в боковом кармане появился тяжёлый камень, сверкающий многочисленными гранями, непонятно. Но это точно не стекло. Не может стекло так блестеть.

Интермедия 2

Семья владельца галасети Реал ТиВи.

— Наш Юби подрос, — с удовлетворением отметил Райнни Родан, когда его сын вышел к завтраку.

— Надо же. Наконец-то ты это заметил. Ради этого стоило дождаться его дня рождения, — в свою очередь высказалась его жена Олли, любуясь симпатичным пятнадцатилетним юношей.

Супруги знали, что коррекцией своей внешности Юби Олли Родан занимается самостоятельно. Среди людей их круга обзавестись модным, в этом сезоне, обликом — это всё равно, как сменить одежду в отсталых мирах. Десятки мировых брендов предлагают свои варианты модельной внешности сезона, но индивидуальный удачный вид имеет свои преимущества. Он, словно дорогой костюм, сшитый на заказ.

— Как вам? — покрасовался у зеркальной колонны Юби, позволяя родителям внимательно рассмотреть итоги своего последнего изменения в разных ракурсах.

— Очень удачно. И главное, ты, вроде не слишком-то и многое поменял. Тебя по-прежнему легко узнать, — довольно пророкотал Райнни, напирая на раскатистое «р», что он частенько делал, будучи в хорошем настроении.

— Это кажущаяся простота. Даже моему Омни пришлось ей уделить почти полтора часа его драгоценного машинного времени, — гордо произнёс юноша, обрадованный столь высокой оценкой их совместной работы.

Его — и мощной гражданской модели искусственного интеллекта, по прозвищу Омни, подаренного родителями на прошлый день рождения, к которому запросто можно подключить медицинскую капсулу последнего поколения.

— Дорогой, а ты слышал, что программу Юби и Омни собирается купить «МнемоТур»? — с лукавой улыбкой спросила Олли.

Ещё бы Райнни этого не слышал, если она ему все уши прожужжала, чуть ли не каждый день рассказывая об успехах сына.

— Прямо-таки Юби и Омни? — принял её игру муж, специально уточнив про совместное авторство человека и искина, подчёркивающее значимость продукта.

В мире, где весь технический арбитраж поручен суперкомпьютерам, гуманоидам разных рас упоминание об их электронном партнёра уже давно не колет глаз.

— Да, программу по ускоренному снятию матриц сознания протестировал региональный искин и признал её достойной двойного имени. «МнемоТур» уже через месяц собирается запускать бета — тест на добровольцах, — подтвердил Юби, садясь за стол, — И если всё окажется в порядке, то вскоре на мой счёт начнут поступать очень приличные деньги.

— Жаль, что наша планета до сих пор не получила должного статуса безопасности для мнемотуристов, — вздохнула Олли, — Как представлю, сколько денег они тратят во время туров, так зависть берёт.