Фея и лорд кошмаров (СИ)

Вообще-то — просто ради исторической справедливости! — Мэйр никого не сватала. Её старинный друг и коллега Алан Броуди втрескался в шумную рыжекудрую красотку Дейдру по собственной дурости. Та была не сильно и против, учитывая, что всего через три месяца отношений они съехались, а ещё спустя год поженились. Мэйр усмехнулась, припомнив, в каком ужасе были семьи новобрачных. Её приемные родители — люди добрые, но весьма консервативные — никак не могли поверить, что жених Дейдры младше на тринадцать лет; родители же Алана, типичные маги, были не против сорокалетней невесты, но ранней женитьбы сына не одобрили.

В общем, эти две стороны не нашли понимания. Семейные обеды до сих пор напоминали не то поле битвы, не то цирковое представление.

«Ну что ж, кабаки определенно выигрывают в сравнении с застольными войнами наших дражайших родичей», — решила Мэйр, вертя в руках бокал с ежевичным вином и стоически игнорируя насмешки сестрицы и Френсиса — те по обыкновению хлестали темный эль чуть ли не бочонками и знай себе прохаживались по изысканным вкусам дивнюков и прочей нечисти.

— Что, сегодня никаких дружков, случайно оказавшихся поблизости? — чуть сварливо поинтересовалась она, на что Дейдра картинно развела руками.

— А ты как думала, пакость мелкая? Распугала всех поклонников, один Френсис на твою долю остался. Мудак мудаком, смею заметить, и вообще некрос позорный.

— Ты тоже ничего, кэп!

Френсис радостно ухмыльнулся и отсалютовал здоровенной кружкой, а Мэйр выразительно закатила глаза. «Позорного некроса» ей можно не сватать, благо уже давно успели и повстречаться, и разбежаться. Почему разбежались? Сложно сказать. Ссориться не ссорились, нравились друг другу, в постели тоже всё было нормально. Виделись, правда, от силы раз-два в неделю, ну так их обоих это устраивало. Или нет?..

«Вот уж впрямь — дивное создание! В жилах не кровь, а холодная сталь!» — бросил Френсис в пылу их первой и единственной ссоры.

Мэйр эти слова ужасно задели, да вот возражений не нашлось. Все попытки помириться она пресекла — не столько из обиды, сколько из любви к придурку Френсису… которого, увы, не могла любить так, как тот хотел. Пусть Мэйр любила, дорожила, хотела — но не испытывала ни щемящей нежности, ни головокружительной страсти, ни что там ещё полагается по уши влюбленным кретинам.

Не испытывала — и, должно быть, не могла испытать. Ведь она же нелюдь, и в жилах её не кровь, а сталь.

— Ну, Дейд, где муженька-то оставила? — Френсис, конечно же, вовсю зубоскалил. — Меня, само собой, на всех хватит, но…

— Тьфу на тебя, рожа некромантская! — отмахнулась Дейдра. — Алана я пыталась вытащить, но он позорно сбежал от своего счастья. Я окружена занудами!

Мэйр искренне позавидовала своему другу: сама она не обладала достаточной сноровкой, чтобы улизнуть от капитана Дейдры Макинтайр. Та и мертвого допечет, да не хуже любого некроманта.

— А я идиотами, — сочувственно вздохнул Френсис. — Подменыш, а ты чем окружена?

— В данный момент — алкашней, — она демонстративно отпила из бокала и прикрыла глаза, наслаждаясь насыщенным ягодным вкусом. Вино здесь подавали приличное, если не сказать больше. — А вообще-то психами. Причем некоторые из них железно уверены, что они в порядке.

Френсис недоуменно приподнял брови — ну разумеется, встречались они всего-то с годик, а клятый некрос успел изучить её достаточно хорошо, чтобы заподозрить неладное. «Недоговариваешь ты что-то, морда дивная!» — так и читалось на его бледном, подвижном лице.

— О каких психах речь? — тут же заинтересованно осведомилась дорогая сестрица. И на всякий случай понизила голос: — Никак ненаглядный Дорих что-то выкинул?

Мэйр шикнула на неё. Обсуждать канцлера, у которого повсюду уши, глаза и прочие части тела, в кабаке, полном народу, — верх недальновидности. И главный признак перебора с алкоголем, который у всякого боевого мага считается за достижение.

— Чует моя задница, не в канцлере дело, — хмыкнул Френсис, — а в чьей-нибудь хорошенькой мордашке. Признавайся, опять запала на симпатичного блондинчика?

Мэйр покладисто кивнула — «блондинчик» и впрямь симпатичный. Ушибленный на всю голову, дикий, как десяток келпи, и наглый настолько, что любой некрос обзавидуется. Без щетины, грязи на щеках, в чистой одежде — красивый почти до неприличия. Не хуже любого столичного лорда, мнящего себя чистокровным имперцем в сотом поколении.

Ах да, он же и так без пяти минут лорд — Лейернхарт к тому же, чье имя старались не поминать всуе по сей день. Одних рассказов Фалько хватило, чтобы понять — если Себастьян и впрямь пошел в высокородного папашу, Эрмегар ждут веселые времена.

Правда, сначала стоит основательно подлечить ему голову. А значит, о всей этой красоте без одежды придется забыть — профессиональную этику никто не отменял, а вместе с ней еще кучу неписанных правил любого приличного целителя.

Даже жаль. И вовсе дело не в любви с первого взгляда. Просто Мэйр, как и все остроухие, падка на всё красивое. А если оно еще и уникальное…