Феномен российских маньяков. Первое масштабное исследование маньяков и серийных убийц времен царизма, СССР и РФ

Дворянин, управляющий своими крестьянами, был административным управителем своего «района». Он обладал правом судебной и исполнительной власти, поэтому, не осознавая границ своего поведения, дворянин становился жестоким. Это было заложено в механизме территориально-административного деления России и в возложении на помещика права судить и вводить законы. Это был местечковый абсолютизм,

– поясняет Демин.

Данное явление, по его словам, перекликается с рабством в Америке в плане перепродажи и абсолютной власти землевладельца на своей плантации. В первой половине XIX века и ближе к началу гражданской войны на территории нынешних США исключительное право рабовладельца на своей территории стало отработанным правилом.

«Тогда негры, рожденные рабами, смотрели на своего плантатора, как российские крепостные – на помещика. Он был для них и солнцем, и богом, и царем. И когда началась гражданская война, некоторые негры формировали вооруженные отряды по слову своего плантатора и воевали на стороне Юга. А когда потерпели поражение от янки, испытывали такую же растерянность, как российские крестьяне после отмены крепостного права. В этом плане Салтычиха – это производное абсолютизма в отдельно взятом районе», – добавил Демин.

При этом он также полагает, что ни рабовладение в США, ни крепостное право в Российской империи не были некоей точкой отсчета для истории «серийных убийц», которая началась по меньшей мере с античных времен.

ЛИШЕНИЕ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА НИКОГДА НЕ БЫЛО ЧЕМ-ТО ЗАПРЕДЕЛЬНЫМ ВПЛОТЬ ДО СОВРЕМЕННОГО ЭТАПА РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ – СМЕРТЬ БЫЛА СОВЕРШЕНО ЕСТЕСТВЕННОЙ И НИКОГО НЕ ПУГАЛА.

Исходя из оптики Владимира Плотникова, одним из первых «классических» для современного мира серийных убийц в Российской империи стал Николай Радкевич (1888–1916), которого в народе звали «Петербургским Джеком-потрошителем». В 1909 году он совершил по меньшей мере пять нападений на женщин, предположительно убив троих секс-работниц на почве мизогинии (на суде доказали его причастность лишь к одному эпизоду). Вероятно, сюда же можно отнести и «красноярского потрошителя» Дениса Халецкого, который в 1913 году изнасиловал и убил 12 женщин.

Социальный типаж, свойственный Радкевичу, или Джеку-потрошителю, появился с развитием индустриального капиталистического общества, но современная антропология только подходит к исследованию этого феномена. По мнению Плотникова, появлению такого типа субъектности способствует экономическая структура современного общества. Речь идет о нарциссически-параноидальном типе, который Вильгельм Райх[27] называл «фаллическим нарциссизмом».

«Я думаю, что при определенных социальных условиях этот тип субъективности выливается в практику серийных убийств. Очень часто такие люди, когда они попадают на верх социальной иерархии, если им позволяет интеллект, жажда доминирования, уничижения и уничтожения других людей, реализуют свои разрушительные стремления по-другому. Но если они попадают в определенную среду и если сама идея практики серийных убийств для них становится приемлемой, они легко становятся «ночными хищниками». Этот тип субъективности широко распространен в современном обществе. Наверное, это то самое, что в последние годы психологи и психиатры пытаются исследовать то ли как психопатию, то ли как пограничное расстройство. Это состояние или структура, носители которой рапортуют об одном и том же: они испытывают постоянную внутреннюю пустоту, и это разрушительное и щемящее чувство толкает их на невероятные головокружительные, разрушительные и очень часто саморазрушительные поступки. Зачастую они заполняют эту пустоту страданиями других людей. Собственно,

ОЩУЩЕНИЕ БЕЗГРАНИЧНОЙ ВЛАСТИ НАД ДРУГИМ ЧЕЛОВЕКОМ ПОМОГАЕТ НАСИЛЬНИКАМ ИСПЫТАТЬ ВРЕМЕННОЕ ОБЛЕГЧЕНИЕ.

Но потом, как в случае с сексуальной потребностью, они снова жаждут ощутить господство. Как правило, потом эти люди говорят об одном и том же – они сами были объектами насилия в детстве или в юные годы, они сами переживали состояние беспомощности. Это отображено в замечательном фильме «Клетка»[28] с Дженнифер Лопес. Там женщина-психоаналитик попадает с помощью современной аппаратуры в мозг серийного убийцы», – объясняет Плотников.