Философия уголовного права

«Сказанное, – продолжает далее Гейнце, – заключает в себе лишь относительное обоснование наказания». Остается невыясненным, почему не предоставляется на выбор самого виновного или подчиниться наказанию, или принять полное исключение из общества. Абсолютное обоснование наказания в государстве вытекает из безусловной необходимости государственной жизни. Человечество в целом может выполнить свое высшее назначение – развивать и двигать цивилизацию – не иначе, как разделив работу между отдельными государствами, отличающимися друг от друга по национальности, месту, времени. Обособленный человек остается зверем, если он не облагораживается в государственном общежитии и не стоит на почве цивилизации, которая возможна лишь чрез посредство государственного союза. Совершая преступное деяние, человек формально становится нарушителем государственного порядка, но материально – отступником от цивилизации. Это отклонение между цивилизацией и государством образует собою правовое основание (Rechtsgrund) всей государственной жизни и, вместе с тем, основание права наказания в государстве. Так как задачи государства тождественны с высшими и священнейшими задачами человечества в целом, то и карательная власть в государстве призывается к особо энергической деятельности. Так как в преступном деянии против государства заключается отпадение от человеческой цивилизации, высшею и необходимейшею формою которой является государство, то это последнее и должно быть выполнителем наказания.

Таково учение Гейнце, изложенное вкратце его собственными словами. Наказание он рассматривает, таким образом, как совершение чего-либо преступником в пользу общества, как отбывание, если можно так выразиться, известной повинности или совершение известного подвига с целью восстановить правовое равенство с прочими согражданами, нарушенное преступным деянием, но необходимое для того, чтобы преступник мог оставаться действительным членом правового союза. Обязательность такого искупления, иначе говоря, право государства налагать наказание от своего лица, независимо от желания преступника, вытекает из того, что государственная форма общежития безусловно необходима для цивилизации, развитие которой есть его конечная задача и цель всей истории человечества. «Преступное деяние и наказание в их совокупности представляют собою голову Януса, – говорит Гейнце, – лицо с печатью неправды есть преступное деяние; лицо с печатью правды – наказание. Наказание не есть вовсе противоположение преступному деянию, но, наоборот, выражение его значения для права».