Физ-культура? Физкульт-ура?

Дело в стереотипах. Но ведь нужно развиваться, а за искусственными покрытиями – будущее. Ведь УЕФА, ФИФА и Комитет по правилам разрешили проводить все официальные встречи на искусственном газоне. И матч Россия-Англия был ещё и личной победой «Лужников», ведь такой мега-матч прошёл отнюдь не на натуральном покрытии.

Кстати, сейчас вы можете в кратчайшие сроки поменять искусственный газон на натуральный и обратно.

Совершенно верно. После Финала у нас появится такая возможность. Данная операция будет занимать всего 48 часов. Кстати, мы выходили с предложением не менять газон и на финал Лиги чемпионов. В профильном комитете УЕФА из 11-ти человек наше предложение поддержали девять, двое воздержались, затем на исполкоме УЕФА пятеро человек, включая Колоскова и Суркиса, нас поддержали, но Платини настоял на натуральном поле.

Сейчас вы видите «Лужники» будущего?

Мы постоянно работаем над этим. Это не какие-то мечты, а план. Вспомнить хотя бы 1982 год, когда социалистическая экономика начала давать сбои, потом перестройка – сложнейшее время, которое с огромным трудом переживали все спортивные объекты. Мы были брошены и оказались вынуждены срочно отыскивать в себе потенциалы новых возможностей, чтобы элементарно выжить. Пришлось прибегнуть к нестандартным методам: наша территория превратилась в большую ярмарку, ставшую для многих людей путем к выживанию, стартом их карьеры в бизнесе, и этим самым мы в который раз подчеркнули, что стадион наш – народный.

Не многие лестно отзывались о том периоде…

Да, как нас только не клеймили. Пресса нас элементарно разносила! Я согласен, что всё творившееся здесь нельзя было воспринимать без чувства удивления, однако это был вариант спасения для нас и для многих людей, оказавшихся не у дел, за бортом нормальной гарантированной жизни. Но мы сразу же приняли решение, что во что бы то ни стало нам необходимо сохранить спортивный статус комплекса. Мы зарабатывали, но вкладывались в развитие комплекса, поддержание основных фондов, и когда рынок ушёл, мы остались лучшей спортивной ареной страны. Потому что мы выживали, а не наживались.

В России грядёт стадионный прорыв. Все ведущие клубы строят свои арены. Как вы намерены отстаивать имидж первых в России? Или вопрос этот не принципиален?

Мы не имеем права потерять статус одного из лучших стадионов в Европе. Сейчас у нас большая проблема с маркетингом стадионов. Чтобы арена окупалась, нужны 15–20 тысяч зрителей на каждом матче. Кто у нас способен собирать такую аудиторию? Самара при условии, что команда будет бороться за высокие места, Питер с одной командой… Раз, два и обчёлся. При этом по требованиям УЕФА статусные стадионы должны вмещать не менее 70 тысяч зрителей.

За проведение матчей сборной вы спокойны, верно?

Совершенно верно. Главное, чтобы она выигрывала. (Улыбается) Здесь ведь не последнюю роль играет и политика. Мы-то готовы принимать национальную команду у себя, и более того, в данное время ведём переговоры, чтобы весь отборочный цикл к чемпионату мира прошёл у нас. Правда, возникает одна очень существенная проблема.

Какая?

Многие законы, принимаемые нашим парламентом, касаются экономики спортивных сооружений, и большая часть принятых законов просто вымывают доходную часть из стадионов. Это касается и рекламы пива, и его продажи. Также мы вынуждены платить недавно принятые налоги на землю, на имущество, единый социальный, оплачиваем авансовые платежи на ещё не полученную прибыль. Власти рассматривают нас предприятием, функционирующим в режиме производства, как будто мы выпускаем станки или машины. Мы для законодателей ничем не отличаемся от заводов, обложение налогов которых входит в себестоимость продукции. Мы к ним приравнены и вынуждены повышать цены на свои услуги, отодвигая тем самым внушительную часть общества от занятий физкультурой и спортом. Что и говорить, не каждый человек может прийти и поплавать, скажем, в нашем бассейне, поиграть на наших полях в футбол. При этом все наши попытки увязать налоговую логику с декларированием пропаганды здорового образа жизни в стране, тем самым придать «Лужникам» статус социального объекта, а не производственного, сходят на нет. Пока мы не можем добиться от наших депутатов обеих палат парламента рассмотрения подобных важнейших вопросов.

Вообще из мировой и европейской практики сложно привести пример стадиона, имеющего команду. Обычно профессиональные клубы содержат стадионы.