Флот Римской империи

Согласно Тациту, наместник Агрикола вначале использовал эскадру в качестве чисто военной силы.[504] Потери эскадры от каннинефатов в 70 году, вероятно, были возмещены, и Агрикола, видимо, усилился посредством военной реорганизации 78 года, которая предшествовала его неуклонному продвижению на север в последующие годы. В этом наступлении он использовал флот на морях по обеим сторонам от острова для транспортировки и разведки. Флот совсем не участвовал во внезапной атаке Агриколы на остров Мона в 77 году, но, очевидно, находился поблизости, и его присутствие у западного побережья упоминается в 81 году.[505] Флот производил рекогносцировку перед колонной войск, двигавшейся в 83 году на север вдоль восточного побережья. Он делал это и в 82 году. Тацит изображает оцепенение британцев при виде флота, которые понимали, что «tamquam aperto maris sui secreto ultimum victis perfugium clauderetur» («если тайны их моря будут разгаданы, им в случае поражения больше податься некуда»).[506] После решающей победы в 83 году у Граупийских гор в Средней Шотландии Агрикола посадил отряд солдат на корабли и послал их на север с приказом «обойти морем» Британию вокруг. Маршрут морского перехода показывает, что эскадре приказали лишь пройти достаточно далеко, чтобы официально подтвердить островное положение Британии. Ведь после изъявления покорности жителями Оркнейских островов и, возможно, осмотра одного из Шетландских островов эскадра вернулась в порт Труккулум, расположенный, вероятно, в заливе Ферт-оф-Форт (или Ферт-оф-Тей, севернее), откуда она вышла.[507] К прискорбию, смутные географические представления Тацита оставляют почву для сомнений относительно точных пределов флотского вояжа, который проходил в исключительно благоприятных погодных условиях. Бесспорно, однако, то, что военные корабли римлян достигали северной оконечности Британии в первый и последний раз.

Современные археологические изыскания показали, что Домициан продолжил удерживать территорию в течение нескольких лет после того, как отозвал Агриколу зимой 83 года.[508] В этот период британский флот, возможно, базировался на стоянку северо-восточного побережья. Полное отсутствие свидетельств позволяет лишь строить догадки, абсолютно ничего не известно о какой-либо морской операции к северу от Ла-Манша в течение следующих двух столетий. Весь этот период Британия была весьма буйной (вспыхивали волнения, подавленные римлянами) провинцией империи, однако ее история недостаточно известна. Две надписи pedatura classis Britannicae (регистр британского флота) обнаружены у вала Адриана, над сооружением которого моряки, возможно, трудились вместе с солдатами легионов, дислоцировавшихся в Британии. Какие-либо корабли, выделенные для прикрытия краев вала, входили, вероятно, во флотилии местного характера под началом отдельных командиров.[509] Эскадра, возможно, переправила VI легион Victrix (Победоносный) из Нижней Германии к устью реки Тайн в 122 году.[510] Подобным же образом корабли флота, возможно, доставляли войска на север во время позднейших восстаний в правление Антонина Пия, Марка Аврелия и Коммода. Септимий Север использовал эскадру для своего похода в Шотландию в 208–211 годах. Далее, за исключением надписи моряка classis Britannica Philippiana, снова все покрыто мраком до конца III столетия.[511]

К 285 году франки и саксы начали набеги на Британию с побережья Бельгики, которые продолжались до тех пор, пока германские племена (саксы, англы, юты и др.) не стали в V веке жителями и правителями страны (подавив местных бриттов). Однако до поры до времени этого не случилось, поскольку Диоклетиан быстро принял меры для отражения набегов и других опасностей на Западе. Максимиан, которого Диоклетиан послал в западные провинции в 285 году, поручил менапию по имени Караузий, оказавшему армии весомые услуги, умиротворить прибрежные племена, и назначил его командующим флотом в Гезориаке. Боевые действия Караузия в 285 году дали основание Диоклетиану назвать себя Britannicus Maximus (Величайший британец), но в 286 году командующий флотом взбунтовался, перебрался морем в Британию, где заручился поддержкой местных мятежников. В то время как Максимиан был отвлечен войной на Рейне, Караузий строил много кораблей и производил набор экипажей для них среди варваров. В 289 году он разгромил флот, который Максимиан построил в Галлии предыдущей зимой, и оба императора – Максимиан теперь был соправителем Диоклетиана – заключили временный мир, чтобы их не постигли более значительные неприятности. Караузий аннексировал часть Бельгики, чеканил собственные монеты, подобно императору, часть которых изображали галеры и другие символы морской мощи. Он успешно оберегал свое новоявленное королевство от набегов морских разбойников.[512]