Фонтанный дом его сиятельства графа Шереметева. Жизнь и быт обитателей и служителей

В РГИА в фонде Шереметевых хранится дело[139], проливающее свет на дальнейшую судьбу Дегтярева. Оказывается, что юридически вольная ему и его семье была дана, но оформлена значительно позже из-за длительной процедуры утверждения духовного завещания покойного Николая Петровича. После смерти графа Н.П. Шереметева люди, которые должны были быть освобождены, на некоторое время оказались в неопределенном положении. Вопрос об их освобождении тянулся долго, и только 4 августа 1815 г. они получили наконец вольную. Степан Аникиевич Дегтярев не дождался желанной свободы – он умер 23 апреля 1813 г. Свободу получила его жена, «крепостная дворовая женка Аграфена Григорьева дочь, принадлежащая графу Дмитрию Николаевичу Шереметеву» и ее трое малолетних детей – Осип, Дмитрий, Александр. Но, давая вольную вдове, опекуны молодого графа Дмитрия, распоряжавшиеся всем его состоянием, одновременно лишили ее пенсии и права жить в графском доме. На таких условиях ей, обремененной детьми, без средств к существованию, и свобода была не нужна. Она просила опеку уничтожить вольную и оставить семье пенсию. Но сыновья все же остались вольными людьми. О судьбе детей Степана Аникиевича известно мало. Старший его сын, Осип Дегтярев, учился в московской губернской гимназии, но обучение пришлось прервать из-за недостатка средств, поскольку после смерти матери младшие братья остались на его попечении. Он поступил на службу писцом в Московскую домовую канцелярию графа Шереметева. В 1826 г. он обратился к графу Дмитрию Николаевичу с прошением помочь ему продолжить учебу. В августе 1829 г. граф распорядился повысить ему жалованье «за заслуги его отца, композитора и регента Степана Дегтярева»[140]

. Других сведений о потомстве Степана Аникиевича пока не нашлось.

Памятник крепостному композитору Степану Дегтяреву в Белгороде

Исследователь жизни и творчества замечательного крепостного музыканта, его земляк, белгородский музыковед Юлий Семенович Горяйнов убедительно показал, что Степан Аникиевич Дегтярев вписал яркую страницу в историю русской культуры конца XVIII – начала XIX в. На родине Дегтярева – в Борисовке, Курске и Белгороде – есть улицы, названные его именем. В Белгороде перед зданием музыкального колледжа имени Дегтярева в 1994 г. установлен бронзовый памятник музыканту работы скульптора А.С. Смелого.

Заметим также, что в Фонтанном доме служил еще один человек с такой фамилией: Корнилий Дегтярев, служитель графа Шереметева, 23 лет, значится в исповедной ведомости Симеоновской церкви на 1828 г.[141]

Иван Батов

Фамилия крепостных дворовых людей Батовых встречается в документах родового архива графов Шереметевых нечасто. Так, при графе Дмитрии Николаевиче в Михайловской вотчине служил приказчик Герасим Батов; один из Батовых, Михаил Ильин сын Батов, 64 лет, в тот же период значится приписанным к Юхотской вотчине[142].

Крепостной человек графов Шереметевых Иван Андреевич Батов (ок. 1768–1839) известен тем, что он изготавливал превосходные по своим качествам музыкальные инструменты – скрипки, альты, виолончели, гитары. Созданные им инструменты дарились владельцу и другим важным особам, служили шереметевским музыкантам, шли на продажу. Редчайший случай – имя человека из крепостных было известно современникам, о нем писали русские газеты того времени, оно вошло в первые отечественные энциклопедии[143]. Ныне инструменты работы Батова – большая редкость, они хранятся в коллекциях Государственного Эрмитажа, Музея театрального и музыкального искусства в Санкт-Петербурге и дворца-музея Останкино.