Фристайл. Сборник повестей

Его разбудил звонок из приёмного отделения. Он машинально посмотрел на часы — удалось поспать целых два с половиной часа. Дежурная медсестра сообщила, что скорая везёт тяжёлого больного из Никольского. «Острый живот». Скорее всего — прободная язва. Пока едут, есть полчаса в запасе. Он позвонил в операционную, предупредил медсестру, которая, видимо, тоже где-то прикорнула. Эту пожилую сестру он очень уважал: она всегда была готова к работе, предельно внимательна и в сложные моменты операции, например, когда внезапно у больного начиналось кровотечение и не хватало руки, чтобы зажать сосуд, могла помочь лучше, чем растерявшийся мальчик-интерн, стоявший рядом ассистентом…

Ещё можно успеть заварить и выпить кофе.

В конце недели из Питера позвонил отец. Сообщил, что выезжает в Вологодскую область через несколько дней. У него есть дела на смежном предприятии в Череповце, там надо будет задержаться на несколько дней.

— Будете выезжать из Череповца, позвоните мне. Я забронирую самый лучший номер. Конечно, в нашей гостинице номера скромные, но для избранных есть и получше.

Никита знал, что говорил: почти все сотрудники местного отеля так или иначе отметились либо в больнице, либо в поликлинике. Заведующего хирургией там отлично знали: пару лет назад он успешно прооперировал оскольчатый перелом голени их директору. Начальник теперь бегает по лестницам гостиницы, как ни в чём ни бывало.

Утром Никита позвонил главному хирургу области. Это был опытный специалист предпенсионного возраста, обладавший весьма заметной особенностью: главный хирург был страшным матершиником. Никита часто вспоминал, как однажды позвонил ему в самый разгар оптимизации здравоохранения, чтобы попросить сохранить в его отделении ставку хирурга, единственную вакантную ставку, оставшуюся в больнице. В ответ он услышал такую классическую брань, о существовании которой не догадывался. До сих пор он думал, что офицерский сленг, который он слышал в армии — это предел человеческой фантазии, но оказалось, что это не так. Никита пожалел, что их разговор сейчас не слышит в Москве белокурая дама — оптимизатор.

— Если эти реформаторы сократят в области ещё хоть одну ставку хирурга — уволюсь сам к чёртовой матери (далее опять был мужской фольклор)! Пусть министерские начальники сами сюда приезжают и оперируют больных!

Но ставку хирурга для Никитиного отделения он всё-таки отстоял.

Контакт у них был отличный. Пару раз в год областной начальник приезжал в ЦРБ, внимательно изучал истории болезни, осматривал тяжёлых хирургических больных в реанимации. И даже успешно проводил плановые операции, назначенные на текущий день. Никита иногда звонил ему, чтобы посоветоваться о тактике ведения особо сложных больных. Некоторых, особенно тяжёлых, главный хирург переводил в областную больницу. Напрямую договариваться с больницей не всегда получалось — в связи с повальным сокращением там также не хватало специалистов и хирургических коек — больные лежали во всех коридорах. Ну, а однажды Никите, который не был в отпуске целых три года, удалось всё-таки отдохнуть с помощью того же главного хирурга, который прикомандировал на время его отсутствия специалиста из областной больницы. Можно представить, каких усилий это ему стоило!

Вот и сегодня Никита решился опять отпроситься в отпуск, хотя бы на две недели.

— Чего так? Ты же знаешь — везде проблема с кадрами. А сейчас лето — надо всех как-то отпустить отдохнуть. Найти тебе замену будет сложно.

— Я понимаю. Но у меня отец прилетел из Хабаровска. Мы много лет не виделись. Если что — я в городе, никуда не уезжаю.

— Ладно. Посмотрю, что можно сделать.

Главный хирург и здесь помог: замена Никите появилась. Он подписал у своего главного врача заявление об отпуске, и забронировал номер в гостинице для прикомандированного специалиста.

Отец позвонил из Череповца в пятницу вечером, когда Никита был дома.

— Завтра после обеда я выезжаю к вам на машине. Директор здешнего завода отписал мне свою старенькую Ниву во временное пользование, мне надо в ней покопаться, чтобы в дороге не было никаких сюрпризов.

— Пётр Васильевич, я завтра дежурю. Меня некем заменить. В понедельник выйдет на работу вместо меня командированный из Вологды врач, а я уйду в отпуск. У нас будет время пообщаться. Вы поезжайте сразу в гостиницу. Я сегодня договорюсь насчёт приличного номера. Позвоните мне, когда устроитесь.

— Не суетись, Никита. Я — человек непривередливый. В командировках даже на сдвинутых стульях иногда приходится спать.

Никита засмеялся.

— Ну…. Сдвинутые стулья — это перебор. Я думал, что сейчас большие начальники располагаются в люксовых номерах пятизвёздочных отелей…

— Ты путаешь… Я ведь — не депутат, не чиновник, не бизнесмен. Я — производственник. И по долгу службы бывал в таких местах, где единственный крохотный Дом приезжих всегда забит командировочными до отказа. Конечно, как приеду в ваш город, сразу позвоню.

— Если не отвечу — значит, я в операционной.