Габриэль-сатаноборец. Хроника времени папы Льва XIII

Между делом Диана сочинила и выпустила в свет книжку под заглавием «Евхаристическая новена» (второе слово этого названия означает «девятидневье» — девять дней покаяния). Покаянные формулы, долженствовавшие показать всю полноту обращения автора к богу, перемежаются в ней очередными, достаточно смехотворными, «разоблачениями». В заключение автор изъявила желание представить свою книжку на суд цензуры Ватикана и давала торжественное обещание: «Все, что в какой-либо степени будет признано противоречащим учению и поучениям пресвятой матери-церкви, отвергнуть и опровергнуть». Опять прозрачный намек: в книжке сказано не то, что есть в действительности, а то, что угодно видеть церкви. И именно это произведение экс-палладистки вызвало особое одобрение папы, возможно имевшее своим источником не только само содержание, но и то обстоятельство, что к экземпляру книжки, присланной Таксилем папе, было приложено 500 франков, полученных, как сообщается в сопроводительном письме, Дианой непосредственно от ее любовника Асмодея; дьявольские деньги для божьего дела были признаны особенно подходящими, хотя папа Лев XIII, как всем было известно, не отказывался ни от каких.

И опять-таки между делом обращенная экс-палладистка организовала в Париже всемирную антимасонскую ассоциацию «Лабарум» (так назывался тот крест с надписью «сим победиши», который якобы видел на небе римский император Константин перед битвой с Максенцием). Каких-либо следов этой организации никто никогда не видел, но возвещение о том, что она создана, притом именно Дианой Воган, должно было произвести впечатление.

Деятельность мнимой Дианы Воган дала чрезвычайно существенные результаты. Когда в ее писаниях оказались не только подтвержденными, но и расцвеченными новыми красками удивительные россказни о Чарльстоне как всемирном центре масонства и об отапливаемых адским огнем сатанинских предприятиях на большой глубине под английской крепостью на Гибралтаре, католические церковники соответствующих географических пунктов пришли в смятение. Собственно говоря, еще Батайль с Марджиоттой писали об этом, но их измышления тогда как-то прошли мимо внимания заинтересованных иерархов.

Теперь архиепископ чарльстонский Нортроп так взволновался, что решил предпринять путешествие через океан, дабы в Риме самому папе внушить отказ от поддержки разоблачительных фантасмагорий в отношении тихого и мирного американского городка Чарльстона. По дороге в Рим епископ щедро давал интервью, в которых разъяснял истинное положение дела. Неизвестно, удалось ли ему попасть на прием к папе, но уж обратно в Америку епископ вернулся втихомолку и больше вообще о нем нигде никогда не было слышно. Может быть, он даже и поста своего не сохранил.

Викарный епископ Гибралтара (имя его нам не оставила история) был слишком стар, чтобы самому пуститься в поиски дьявольских подземных заводов. Он приказал это сделать нескольким десяткам молодых монахов и послушников, которые, приобретя некоторые альпинистские навыки, облазили всю гибралтарскую скалу, проникли во все дыры, которые им удалось обнаружить. Ничего похожего на то, что содержалось в разоблачениях воителей против сатанизма, не нашли. Епископу ничего не оставалось, как написать соответствующую реляцию на имя папы, — сам он из-за своей немощности поехать в Рим с устным донесением не мог. Известно, что реляция была отправлена. И все! Ни света в печати она не увидела, ни упоминания в каком-либо официальном документе о ней не было.

Хакс, уже прошедший к этому времени хорошую выучку у Таксиля, разглагольствовал по этому поводу на очередном семейном обеде с четой Таксилей:

— Не стоит внимания эта возня гибралтарских монахов. Тоже еще шерлокхолмсы! Трудно, что ли, было Сатане скрыть от их глаз не только свои подземелья, но и весь Пиренейский полуостров с половиной Европы?! А мне Тубалкаин все показал. Хорошо воспитанный, корректный дьявол и по-французски отлично говорит…

На такой же, видимо, позиции стояли и те, кто заваливал Диану письмами. Сотни таких писем шли к ней из разных стран от читателей ее опусов. В большинстве случаев это были послания благодарственные, благоговейные, благословляющие, иногда — фривольно-заигрывающие, а иногда — скептические и даже язвительные. Все они ее (а верней, Таксиля) мало трогали. Другое дело — письма из Ватикана. И не одни письма. Какова была вообще позиция папской курии и самого Непогрешимого в ходе того, как разыгрывалась дальше вся эпопея антисатанинских разоблачений?

16