Галопом к столбу

разрешений на открытие «весёлых домов». Их

авторы советовали полицмейстеру: «Раз уж нельзя

справиться с таким злом, как проституция, то вам

надо взять её под свой контроль». Антонов к этим

советам прислушался - выдача билетов и

разрешений жрицам любви перешла в ведение

секретаря городского полицейского управления

Болотова, которому полицмейстер доверял, как

самому себе. А вскоре Болотов был задержан при

получении взятки… Сразу нашлись свидетели

262

других его злоупотреблений. По Одессе же

поползли слухи - секретарь делился с

полицмейстером. Не мог, дескать, такой бдительный

человек как Антонов не видеть, какие вопиющие

безобразия творятся у него под носом.

Полицмейстер был уволен с должности. План Моти

Адвоката сработал безукоризненно.

Много подобных дел было на счету Одинцова.

Но после одного из них - организации кражи

чудотворной иконы Касперовской божий матери -

ему срочно пришлось покинуть город у моря…

- В Одессе его хорошо помнят, - сказал

Романенко. - Доносили мне, что уже после переезда

в Москву к Моте обращался Ашкенази. Бродский о

помощи просил…

- Иван Павлович, а харьковский барышник

Портаненко может кому-нибудь в Одессе мешать? -

спросил Алексей.

- Феодосий Портаненко? Я смеюсь с вас,

молодые люди. Да он поперёк горла половине

города стоит. Вы представляете, что такое

конеторговля в Новороссии? Это же золотое дно!

… По сведениям Всероссийской конской

переписи 1882 года в Бессарабской,

Екатеринославской, Таврической и Херсонской

губерниях было почти полтора миллиона лошадей.

В Новороссии имелось более шестисот тридцати

конных заводов. В городе Вознесенск три раза в год

проводилась ярмарка, одна из крупнейших на юге

империи. Да и Охотницкий рынок в самой Одессе,

263

где шла бойкая торговля скаковыми и рысистыми

лошадьми, имеет многотысячные обороты…

- На такой лакомый кусок охотники всегда

найдутся, - продолжал Романенко. - Правда, чтобы

с Феодосием связываться надо шмокнутым быть…

Перикл Родоконаки в прошлом году сунулся, но так

от цыгана получил - до сих пор в Париже

ошивается. Да и братья Пётр и Павел Ралли,

поговаривают, раскатали было губы, но умные люди

объяснили им, что к чему…

Теперь стало понятно, почему после

похищения Удалого начали распускаться слухи о

Портаненко. Не только для того, чтобы следы

замести. Очевидно получил Одинцов очередной

заказ - убрать Феодосия. Вот и надумал сделать это

руками Ильюшина и других конеторговцев, которые

не простят нарушение договора скреплённого

крёстным целованием.

Пока ехали от Николаевского до Курского

вокзала Романенко успел рассказать много

интересного. И про самого Мотю, и про его

подельников.

Про его двоюродного брата и ровесника

Петро Наливайко. Внешне они очень похожи - оба

дородные, носят висячие «запорожские» усы. Но

если хитрый и ловкий Мотя по натуре трусоват, то

Петро, которого бог умом и сообразительностью

обделил, отличается безудержной отвагой и

дерзостью. Про налётчиков Кольку Медведева,

Костю Ставридиса и Карла Мюллера. Для них

264

убить человека столь же легко, как прихлопнуть

назойливую муху. Про репортёра Женьку Вейсмана.

Будучи малограмотным, он обладает бойким пером

и умением втереться в доверие к любому редактору.

Про мошенника Казимира Лещинского. Перед

обаянием этого красавца-мужчины, по мнению

одесситок, даже святая не устоит.

- Да у него настоящий интернационал, как у

Карла Маркса! - невольно восхитился Малинин. - А

у Лещинского кличка Красавчик? Полный

кареглазый брюнет с усами?

- Он самый. Только усы дело наживное. Вчера

они были, сегодня бороду отрастил, а завтра взял и

побрился. А вот от шрама на левой руке никуда не

денешься. Поэтому и не любит Красавчик перчатки

снимать. Это одна обманутая дамочка ему отметку

зубами оставила.

- Жора Пиндос тоже из его «хоровода»? -

спросил Лавровский.

- Одно время был… А как Мотя слинял -

хевра стала пуговицы крутить…

Малинин наморщил лоб, пытаясь понять. А

Лавровский пояснил:

- Это, друг мой, по-одесски. Сбежал значит

Мотя, а подельники тут же своевольничать стали.

- Верно! - засмеялся Романенко. - Сразу

видно, вы в нашем городе бывали… Первым

взбунтовался Осман Кривой - тот самый, что

лялечек в Турцию возит. Потом Милька Итальянец,

который вам хоть паспорт нарисует, хоть самого

265

Айвазовского, решил, что прекрасно проживёт без

Адвоката. А затем и Пиндос от дел отошёл. В

политику подался. А Мотя политикой не

интересуется.

Лавровский и Малинин переглянулись

- У нас имеются сведения, что Одинцов

снабжает народовольцев динамитом и

револьверами, - сказал Малинин. - Получается, что

нас обманули.