Газета Завтра 11 (1268 2018)

Участки открывались в 8 часов утра, но уже к 7 часам перед ними стояли очереди. Остался последний шаг к нашей мечте, и его спешили сделать. Референдум для севастопольцев был праздником, шли семьями. Российские флаги в руках, голубые, красные и белые шарики несли дети. Рядом с урнами для голосования люди фотографировались. К обеду практически весь город уже проголосовал.

Из рассказа Натальи Курской.

Во время проведения референдума была помощником председателя Избирательной комиссии на Корабельной стороне. Меня поразили люди, которые голосовали на дому. Кроме меня и члена избирательной комиссии в группу входили казак и милиционер. Я знала, что Корабельная сторона – колыбель, сердце Севастополя. Но я и представить не могла, какие люди там живут. Я настолько прониклась трепетом и уважением к этим людям, что я решила: буду и дальше служить Севастополю. Громко, но по-другому не знаю, как сказать.

Мы пришли к домику, он почти развалился. Постучали в калитку и услышали слабый голосочек: «Заходите, я вас жду». Я даже не поняла, откуда он доносился. Переступили порог и замерли. На стылой земле, на дощечке с колесиками сидела безногая женщина. Была она полуодета. Несколько часов в узкую щель калитки она смотрела на улицу. Боялась, что мы пройдем мимо, и она не сможет проголосовать за Россию. Мы вручили ей георгиевскую ленточку, и женщина разрыдалась от переполнявших ее чувств. Внешний вид этой пожилой женщины-инвалида, условия, в которых она живет, производили прискорбное впечатление. И в тоже время такой мощный дух в ней!

В одном из домов на улице Розы Люксембург нас ждала женщина 1919 года рождения. Очень больной человек. От болезней, а может от волнения, у нее тряслись руки, она самостоятельно не могла взять ручку. Я наклонилась над ней, чтобы помочь, и она взяла мою руку и начала целовать. Сказать, какие я испытывала эмоции – это за гранью! Смущенные мои товарищи отвернулись, стараясь скрыть слезы, а женщина с облегчением вздохнула: «Спасибо, теперь я умру в России».

В одном из домов, куда мы приехали, жила тоже женщина-инвалид. Встретила она нас, сидя в инвалидном кресле. Была она еврейка и всячески подчеркивала свою национальность. Когда она проголосовала, то выкатилась на инвалидном кресле в центр комнаты и крикнула: «Внученька, неси шампанское! Будем праздновать! Мы уже в России!».