Газета Завтра 199 (38 1997)

И тогда становится понятнее, кто главный адресат компрометационных скандалов и громогласных призывов к законности. Адресат — не хорошо понимающие “что почем” граждане России, а те внешние экономические субъекты, для которых стабильная нормативная среда является необходимым условием для решения “войти”. Как в старой детской байке про надсадно кричащую девочку, которая отвечает удивленной маме: “Я не тебе плачу, а тете Тане”. И каждая из воюющих сторон заклинает: поставьте на меня, я самый “нормативный” и некоррумпированный.

Но одновременно — и это необходимо ясно осознавать — вошедшие в Россию ТНК, в силу противоречивости интересов и отсутствия механизмов их согласования на российской почве, почти неизбежно развернут “банковскую войну” уже между собой. Причем на новом, несопоставимом с нынешним уровне возможностей и ресурсов. И кто знает, как они станут реагировать на реальные или провоцированные угрозы, какого сорта и происхождения силы эти новые “игроки” изберут и используют для реализации своих целей…

Ельцин, по обыкновению, довел внутривластные “разводки” до такого градуса, когда каждая из групп недостаточно сильна для претензий на полную власть и существенно зависит от верховного арбитража. А затем объявил, что Лужков — молодец, что “реформаторов” президент не отдаст и Березовского не снимет, и рекомендовал банкирам прекратить нападки на Чубайса, а Чубайсу — привыкать терпеть критику и уважать свободу СМИ. Банкиры получили обещание встречаться чаще и совет “создать команду стратегического планирования”. Чубайс похвален за экономические результаты деятельности и отметился званием “лучшего минфина года”. А неизбежность предстоящих бюджетных баталий и осеннего наступления оппозиции, вероятно, вынудит либеральный истеблишмент к очередному тактическому “единению”. Чуть приглохнут взаимные обвинения в предательстве и мародерстве, несколько снизится риск получить от соратника пулю в спину. “Широкая команда” власти, спаянная общим страхом, будет готова выдержать ближайший “политический шторм”. Но — кому вести Россию через грядущие настоящие шторма? И… не дай Бог штиля…

Ю. БЯЛЫЙ

ТАДЖИКСКИЕ ИМЕНИНЫ ( РОССИЯ И СНГ )

М. Подкопаева

7 сентября — 206 бойцов оппозиции прибыли в Душанбе для охраны своих представителей в Комиссии по национальному примирению.

11 сентября — Лидер оппозиции Саид Абдулло Нури вернулся в Таджикистан после 5 лет изгнания. Возвращение Тураджонзоды признано преждевременным.

16 сентября — В Душанбе начала работу Комиссия по национальному примирению.

Таджикистан привык находиться под пристальным вниманием соседей и всего мира, и ни одно событие на его территории или его касающееся не проходит незамеченным. Он всегда в центре конфликтов (своих и чужих), радений, ревности и соперничества — и часто на грани распада. Участники его конфликтов смертельно серьезны и насквозь циничны. И сумасбродный выкрик полевого командира в дурноте наркотического транса здесь так же быстро становится известен всему миру, как эпохальный межгосударственный документ, ночное убийство на улице Душанбе или сугубо законспирированный приезд кого-либо из грозных соседей. Неослабевающая, изнурительная и всегда требующая последних сил необходимость выживать сосуществует здесь с распущенностью питомца семи нянек, который давно уже без глаза, но вооружен до зубов.

В последние годы печатью этой двойственности было отмечено все, связанное с Таджикистаном.

Раунды переговоров о мире, которые всем были нужны, как жизнь, но на которые все опаздывали, угрожая не прибыть вовсе и заставляя миротворцев ждать, как цепных псов.

Подписанные мирные соглашения, готовые обрушиться от одного взрыва в Таджкистане, в которые никто не верил, которых добивались, приступая с ножом к горлу, и которые до сих пор считаются безнадежно утопическими.

Уже начавшееся возвращение оппозиционеров из-за афганской границы, невозможное, неизбежное, опасное новым взрывом насилия и трагическое невозможностью забыть уже происшедший.

Странное положение российских миротворцев и пограничников, которых проклинают — и умоляют не уходить, обвиняют во вмешательстве — и в невмешательстве.

Таджикская вооруженная исламская оппозиция, обещающая не строить в Таджикистане исламского государства, но требующая одну из силовых структур, МИД, Минюст и контроля над министерствами образования, экономики, внешней торговли и над телевидением.

И, наконец, глава государства Эмомали Рахмонов, который, по соглашению с оппозицией, останется президентом до следующих выборов и сохранит своего премьер-министра, но, по требованию лидера оппозиции Тураджонзоды, должен отдать оппозиции посты первого вице-премьера и вице-премьера.

Таково лицо современного Таджикистана, за выражением которого неотрывно следят его ближние соседи в Центральной Азии.