Газета Завтра 208 (47 1997)

Октябрь 1996 года. Вопреки болезни Ельцина и острейшему кризису власти, тот же альянс Чубайс-банкиры-Куликов убирает Лебедя с поста секретаря Совета безопасности и, наперекор всем прогнозам, гасит с помощью политических технологий рейтинг этого, тогда еще наиболее вероятного, кандидата в президенты РФ. Полный триумф! Список политических побед высшего ранга! И вот проходит год. Что мы видим к ноябрю 1997 года?

Мы видим опозоренного Чубайса, грызущееся банкирское сословие, здорового, злого, ушедшего в себя - но, безусловно, как никогда припертого к стенке Ельцина. И - полную компрометацию высшей предпринимательской элиты страны. Компрометацию - не только через самоубийственную грызню и Чубайса! Компрометацию через очевидное отсутствие всякой единой политической позиции по целой серии принципиальнейших событий в жизни страны. Чего стоит хотя бы отсутствие политической реакции на крах Чубайса! Ибо вряд ли можно назвать политической реакцией сверхотчаянный визг достаточно неразборчивых в целом лиц и структур, поднятый на тему “воровать под видом гонорара - нехорошо”.

Какие выводы мы можем сделать из подобного послужного списка? Прежде всего констатировать, что “реформаторы” (читай - банкиры, Чубайс и т.д.) умеют брать власть (пользуясь беспомощностью своих оппонентов), но не умеют ее реализовывать, оказываются несостоятельными в главном деле - государство-строительства и государстводержания. Нет идеи страны, образа страны, нет стратегии, нет общественной легитимности (что автоматически следует из всех предыдущих “нет”), нет даже понимания необходимости общественной легитимности. Что-то во всем их движении препятствует реальному удержанию власти через ее настоящую реализацию! И это “что-то” суть вирус антигосударственности, аллергия на то, что составляет квинтэссенцию действительной власти как возможности исторического творчества.

Сообщество, выигравшее выборы и взявшее для себя имя “крупного капитала”, сильно деградировало за прошедший год, приобрело существенную нагрузку общественной непопулярности, потерпело значительный урон в части собственной репутации и мучительно завоеванных властных позиций. Итог этого загнивания - моральное убийство Чубайса и его компаньонов (включая Гайдара, зачем-то ввязавшегося в это тухлое гонорарное дело).

Это не могло произойти мгновенно! И не могло быть размазано по всей временной оси длиною в год. Это не могло быть и бессубъектно. Не могло произойти само собой, “по щучьему велению”. Кто-то должен за это отвечать. И не перед моральным судом, не в плане прокурорских разборок, а перед тем судом истории, по которому политик, не сумевший однажды использовать подарок судьбы, теряет это право почти фатально и навсегда (исключения можно перечислить в истории по пальцам, и эти исключения лишь подтверждают правило).

Не снимая вины со всего предпринимательского сообщества и прежде всего с главного антагониста Чубайса - Березовского, я тем не менее утверждаю, что ответственен за случившееся прежде всего Чубайс. И как бы ни сложилась его дальнейшая биография, каких бы новых зияющих политических высот он ни достиг (что в принципе не исключается в данной гнилой действительности), он навсегда останется человеком утерянных возможностей. Воистину кульминацией в этой утере является “чечевичная гонорарная похлебка”, за которую продано чуть было не состоявшееся властное первородство (смотри вышеприведенную хронику властного восхождения).

Некоторые по этому поводу апеллируют к прошлой отставке Чубайса, после которой он-де, мол, “воскрес” и усилился. Та отставка не имеет ничего общего с сегодняшним сохранением. Тогда уходил гонимый Коржаковым упрямый и ненавидимый реформатор, еще не получивший в руки никаких подлинно властных рычагов. Сейчас цепляется за место политик, не только совершивший проступок, но и потерявший чудом ему ниспосланный сугубо властный потенциал. За счет чего же это все произошло?

Не имея здесь возможности подробно обсуждать проблемы стратегического характера, я хочу проанализировать крупные непростительные тактические ошибки Чубайса. Их было три.