Газета Завтра 208 (47 1997)

Всю систему своих возможностей Чубайс и Березовский равно принесли в жертву этой сугубо разговорной химере. Разговорной - потому что никто не собирался строить и этого. И открещивался с помощью забалтывания от конкретной ноши. Химере - потому что партия - это сообщество идейных единомышленников, то есть производное от “невещественного”, а крупный капитал вообще (и в понимании Березовского и Чубайса, в особенности) - штука сугубо вещественная. То есть партии крупного капитала в принципе быть не может. Выдумка о капиталистической партии взята взаймы из оппозиции “капитализм-социализм” и из синдрома “измо-строительства”. Но социализм - утопия, мечта, невещественность. Капитализм - “интересантство”, система, уклад. Но не идея! Может быть партия консервативной идеи, либеральной идеи, националистической идеи, социалистической идеи, фашистской идеи и пр. Поскольку крупный капитал России идеи не уважает, а для себя идеи, его устраивающей, просто не имеет и иметь не может, то Чубайс и Березовский вскоре незаметно для самих себя еще и разошлись фактически по разным идейным квартирам (в сущности, квазиидейным, на уровне политико-бытовом, - о Чубайсе говорить сложнее, но возьмите конфликт Потанин-Кох и Березовский-Гусинский - все сразу становится намного яснее).

Что же касается Березовского и всего остаточного круга крупных предпринимателей, то, не предъявив обществу своего понимания поступка Лебедя в Чечне, не проявив в Чечне стратегической государственности, разорвав на определенном этапе союз с Куликовым и склеивая этот союз затем на уровне “да мы… да вы… да ладно… да ничего…”, не создав языка для диалога с обществом и провалив самоконсолидацию, указанные силы и фигуры создали ту атмосферу, в которой фиаско Чубайса стало особо легко осуществимым и оказалось наделено особой подрывной силой. Да и Березовский зря гордится своими достижениями. Отставка произошла. И перспективы на будущее достаточно многозначны.

Но главное - подрыв оснований, подрыв того целого, без восстановления которого каждая часть будет убита ею же сотворенным хаосом тотальной конфликтности. Будет ли преодолен этот подрыв? Загадывать не берусь. Скажу лишь - впереди или неслыханные интеллектуальные, организационные и волевые усилия, направленные на возрождение авторитета всего того, что назвалось крупным отечественным капиталом, либо полное и окончательное фиаско для всех сразу. И вытекающие из этого фиаско новые формы организации всей политической и социальной системы России.

Возможности проявить себя у нашего стремительно взошедшего и стремительно лопнувшего сообщества крупных капиталистов еще будут. Вне государственности, причем реальной, не назывной, смешно говорить о целостности. А любая государственность будет востребована надвигающейся российской бедой (творцами которой отчасти, хотя бы в силу вышеназванных причин, являются и герои данного обсуждения). То есть - возможность есть. Но эта возможность, увы, уже весьма умозрительна. Ибо в гораздо более простых условиях не было сделано всего того, что было необходимо. Откуда же возьмутся силы и качества для неизмеримо большего?

Однако скверность ситуации (персонифицируемая, например, тандемом Сороса и Бжезинского) предполагает нашу готовность задействовать любой, самый малый и гнилой, шанс в стратегических интересах страны. Поэтому не надо воспринимать данный анализ просто как эпитафию Чубайсу. Я не стал бы тратить на это время и силы. Чубайс - это кривое зеркало нашей очень кривой реальности. Как эта кривизна зеркала отразит кривую реальность, трудно сказать. Важно одно - в нынешней ситуации как никогда скучно и стыдно пенять на зеркало.

С. КУРГИНЯН

ПАХАНЫ КАК “ТРЕТЬЯ СИЛА” ( РОССИЯ И СНГ )

Ю. Бардахчиев

20 ноября - Саянский алюминиевый завод вступил в экономический союз с Таджикским алюминиевым заводом.

Из Таджикистана приходит, пусть и крайне скудная, информация о том, что процесс мирного урегулирования в республике, и так еле теплящийся, вновь находится под угрозой. Попытка госпереворота, акция боевиков полковника Худойбердыева по возвращению контроля над западными районами Таджикистана, пресеченная армейскими силами, непрекращающаяся серия терактов в Душанбе - вот лишь часть слагаемых напряженной политической обстановки в последнее время. Что стоит за всем этим? Вначале попытаемся просто перечислить все возможные варианты ответа на этот вопрос.

Самый банальный вариант ответа - мирный процесс “трещит” под грузом собственных противоречий. К их числу привычно относят и партийно-политические противоречия между “коммунистической” властью и “антикоммунистической” оппозицией, и религиозные противоречия между “официальным”, т.е. прогосударственным, и “неофициальным”, т.е. местническим, исламом, и противоречия между захватившим власть кулябским кланом и гармским, составляющим силовой костяк оппозиции.