Газета Завтра 21 (1173 2016)

Вот ещё одна байка, да к тому же и математическая, как у Надеждина. Её поведал свету упомянутый Б.Сарнов: "Сын приятельницы обнаружил выдающиеся математические способности и хотел поступить в МГУ. Дело было в середине 70-х годов. Тщетно все знакомые твердили (матушка Каспарова, матушка Надеждина и т.д. — В.Б.), что для еврея это совершенно безнадежное дело (словно в МГУ ни одного еврея нет! — В.Б.). Но приятельница решила предоставить своему мальчику возможность схватиться в рукопашную с ядерной державою". Как видите, Остапа понесло… Как бы то ни было, а мальчик схватился в рукопашную со сверхдержавой. И что же? "Выдающийся мальчик сражение, конечно, проиграл, хотя из всех задач на экзамене не решил, кажется, одну лишь теорему Ферма". Эта знаменитая теорема ХVII века, над которой бились и Эйлер, и Гаусс, и множество других великих умов, представленная как задачка на экзаменах в вуз, здесь чрезвычайно уместна, как градусник полоумия. Сарнов писал, что если бы этот выдающийся мальчик, не поступив в МГУ, в отчаянии поднялся бы на самый высокий этаж университета и бросился бы с него, то — "Что ж! Еврейскому мальчику это на роду написано. И эта история была бы настолько банальной, что мне даже и в голову не пришло бы о ней рассказывать. Мало ли таких историй!". Вот кошмар-то! Еврейским мальчикам, оказывается, на роду написано при неудачах сигать с верхних этажей высотных зданий, специально построенных для этого антисемитом Сталиным.

И вот смотрю я на художественно бритую личность Бориса Надеждина на всяких разных ток-шоу и думаю: были ли он и его собратья первоклашками, жаждущими познать жизнь? По-моему, не были. Они родились уже с твёрдым убеждением во всём, в том числе — в том, что они самые хорошие, но им все и всегда мешают — и поступить в МГУ, и стать студентом Литературного, и поехать в Лондон… Все! Всегда! Во всём!

P . S .

В субботу 21 мая ведущий телепередачи "Право знать" Дмитрий Куликов пригласил Петра Николаевича Симоненко, первого секретаря ЦК компартии Украины, и четырех никому неведомых задавальщиков вопросов: Игорь Виттель, Дмитрий Филимонов…Других я не запомнил.

Казалось бы, задача Куликова и его команды, если они считают себя гражданами России, ясна: как только можно поддержать и украинскую компартию, и лично Симоненко в их трудной борьбе против нынешних порядков на их родине. Но что мы увидели? Они весь вечер работали на Порошенко, как и его ревностные российские агенты.

Вот Симоненко рассказывает о страшном положении в стране, о том, что тысячи людей брошены в тюрьмы, среди них — более 400 коммунистов…Вдруг его перебивают:

— Это все общие слова. А где конкретные факты, имена?

Симоненко объясняет, что он вынужден так говорить из опасений за судьбы товарищей, которых могут в любой момент схватить. Ведь уже сколько убитых… Задавальщики вопросов, живущие в стране цветущей демократии, не в силах этого понять.

Потом разверз уста Виттель:

— Вы говорите, что у вас фашистский режим. А как же вам удалось 9 мая провести демонстрацию?

Симоненко ответил:

— А вот так и удалось, хотя нас били, срывали ленточки к ордену "Слава", отнимали знамёна.

— Вы такой же коммунист, как я балерина Большого театра!

Симоненко, всю передачу державшийся с поразительной выдержкой, только раз позволил себе сарказм:

— Между вами, Виттель, и балетом очень много общего. Вы тоже способны делать невероятные прыжки и сногсшибательные пируэты.

Другой задавальщик вопросил:

— А на что вы живёте при фашистском режиме?

Разве он посмеет спросить, на что живут Фридман и Прохоров, Миллер и Сечин, Радзинский и Млечин? Но уж если ему так хотелось знать это о Симоненко, то следовало спросить иначе: "Вот я добываю хлеб насущный в поте лица своего. А вы?"

Опять вопрос:

— Почему вы, коммунист, до сих пор не арестованы да ещё и живы?

Ему для доказательства фашизма требуется, чтобы первый секретарь компартии непременно был расстрелян, а ещё лучше — повешен, уж в крайнем случае, брошен в тюрьму, а потом расстрелян, как Тельман. Без этого он отказывается верить, что там фашизм.

Передачка сия очень характерна. Она показывает, что коммунофобы и денежные мешки даже в интересах своей страны не способны отказаться от своей замшелой фобии и во имя её всегда будут орудовать даже против интересов родной страны. Тут ничего нового. Так было, например, в 1939 году в Польше, несмотря на страшную угрозу фашистского вторжения отказавшейся от любой помощи Советского Союза, а в 1939-1940 годы во Франции правительство Деладье издало декрет о роспуске всех коммунистических организаций, в соответствии с которым из всех представительных учреждений, в том числе парламента страны, было выведено 2778 коммунистов и закрыты все коммунистические газеты (ИВМВ, т.3, с.42). Увы, это не спасло Польшу от разгрома в две-три недели, а Францию в три-четыре.