Газета Завтра 260 (47 1998)

Действительно, нравственное здоровье граждан РФ будет после принятия этого закона охраняться столь ревностно, что любой педофил, который пожелает прийти в школу и снять перед детишками штаны, будет неподсуден. Почему? Да потому что закон, ограничивающий “продукцию сексуального характера”, позволит заявить негодяю, что он демонстрирует детворе учебное пособие, просвещающее их в сфере сексуальной культуры.

Недаром главная женщина России, мадам Лахова, активно двигающая в массы школьный секс-просвет и, по слухам, вложившая личный капитал в завод по производству презервативов, лоббирует данный закон.

По статье 2.2 “оборот научных, научно-популярных, учебных и публицистических материалов по вопросам пола... не ограничивается”.

Не ограничивается и оборот эротических произведений. Но где грань между эротикой и порнографией? К порнографии “говорухинцы” решили отнести лишь изображение насильственных “действий сексуального характера”, сцены насилия над детьми, труположества и скотоложества. Все остальное, стало быть, эротика, которой — “зеленую улицу”. Хоть в яслях демонстрируй.

В чьих интересах такие определения — тоже не секрет. Один из основных разработчиков закона — некий Агарков, который “курирует” московские секс-шопы и стриптиз-шоу, а заодно составляет программы для пятиклассников по детальному изучению психологии секса (школа проституции?) и выступает с “научными” рекомендациями в изращенческой телепередаче “Про это”(НТВ).

Впрочем, к этому человеку нет вопросов. Дядя себе клиентов вербует, а вот о чем думают представители патриотической части Думы — неясно. Если бы среди сторонников узаконивания порнографии были только депутаты из “Яблока” и НДР, то закон не имел бы шансов быть принятым. Но дело в том, что часть фракции коммунистов готова проголосовать “за”... Удивляет то, что спикер Думы Геннадий Селезнев на втором чтении проголосовал в поддержку закона (закон прошел второе чтение с перевесом в один голос). Пламенная Светлана Горячева странным образом оказалась также в компании Агаркова. А идеолог “Духовного наследия” художник Тарасов, не преуспевший в изображении обнаженного женского тела, видимо, решил “компенсировать” свои неудачи на художественном поприще... Иначе как еще объяснить его упрямство в деле отстаивания общечеловеческих порноценностей. Кстати, знаете, как теперь называется закон, покрывающий любое непотребство, любую, даже самую крутую, порнографию? Закон “О ЗАЩИТЕ НРАВСТВЕННОГО ЗДОРОВЬЯ ГРАЖДАН”.

Про закон знают все, даже полуграмотные бабки в глухой провинции. Все знают, кому эта дрянь выгодна. Знают, что принимать закон нельзя... Поэтому те представители оппозиции, которые и в третий раз поддержат Говорухина, проявят не только аморальность, но и глупость. Не выберут их после этого никогда и никуда. Разве что в почетные члены ассоциации “Культура и здоровье”, которую возглавляет вышеупомянутый г-н Агарков.

Николай РЕАЛОВ

Олег Кузнецов СЛОВО - КРИК [ выставки ]

В гостинице “Редисон-Славянская” закончилась выставка художника И.Тихонова. Гостиница, принадлежащая чеченцам, блистала зеркалами, поражала воображение мягкой роскошью кресел и суперсовременной системой освещения. В этой комфортной обстановке выставился прекрасный художник И.Тихонов, чьи сложные по цвету и узнаваемо русские пейзажи вписывались в интерьер, блистающий дорогой отделкой.

Но все же привлекли мое внимание, заставили долго стоять у стен не эти то ли по-русски, то ли по-восточному прекрасные пейзажи, а триптих, поразивший логичной, рассудочной, “европейской” позицией. Триптих этот написан жестко, быть может, даже чересчур, в нем сразу чувствуется состояние разлада с нынешней действительностью, который художник остро переживает. Условность художественного языка у Тихонова переплетается с простой и ясной реальностью жизни. Цвет по-средневековому строг, рисунок точен, композиция остра — словом, произведение графично, и оттого еще сильнее бьет по струнам русской души.

Центральная часть триптиха названа художником “Красное колесо”, созвучие с творчеством А.Солженицына закономерно и обогащено новыми смысловыми оттенками. Художник обратился к теме русской смуты, и колесо смуты, неустойчивости, нестабильности чем-то сродни тем колесам, на которых (по средневековым гравюрам) мучают грешников в аду. Возникающие ассоциации, при рассматривании людей, копошащихся возле колеса, катающихся, падающих с него, восходят к строгому средневековому символизму, напоминают о знаменитом босховском “Стоге сена”, от которого все норовят урвать себе побольше. Средневековая живопись вдохновляет сейчас многих художников ведь мы живем в стране, ввергнутой в средневековье, где каждый шикарный новострой — родовое поместье “нового” барона, князя или бая, вышедшего из пиратов, разбойников или работорговцев.