Газета Завтра 269 (4 1999)

Пролежав без сознания некоторое время, раненый омоновец сумел подняться на ноги, остановить проезжавшего на тракторе местного жителя и, добравшись до ближайшего села, сообщить о происшествии. По тревоге была поднята группа захвата 16-го отряда специального назначения ("Скиф"), на место происшествия срочно выехали наспех собранные отряды местных и "командированных" работников милиции. Уже через 40 минут они прибыли на место и организовали преследование бандитов. Первоначально предполагалось, что настичь скрывшихся боевиков достаточно быстро удастся на вертолёте, но вышел вполне обычный для нашего "весёлого времени" казус. Место бойни оказалось расположено "слишком близко" от границы с "Ичкерией", а по одной из действующих идиотских договорённостей, российская боевая авиация не имеет права подлетать к чеченской границе ближе, чем на 3 километра. Взять на себя ответственность за нарушение "договора" никто не решился. Тем не менее, у прибывших на место преследователей оставался реальный шанс настичь беглецов и отомстить за гибель товарищей. Однако след вскоре затерялся, и у развилки дороги, по которой бандиты спешили к чеченскому "кордону", отряд милиционеров вынужден был остановиться. На карте данный просёлок отсутствовал, и какая из двух дорог ведёт к Чечне, преследователи не знали. Первоначально было предложено разделиться на две группы и двинуться в обе стороны. Но начальник местного ОРО (дагестанец) "дал голову на отсечение", что укажет правильный путь, поскольку "знает здешнюю местность как свои пять пальцев". Доверившись его "компетентному" указанию, вся группа преследователей отправилась по указанному "коллегой" направлению и, как и следовало ожидать, ... в противоположную от границы сторону. Когда "ошибка" выяснилась, продолжать погоню было уже поздно.

Принимавшие участие в расследовании инцидента сотрудники милиции не исключают, что "расстрел" был произведён теми самыми подростками, которых кизлярский РОВД столь любезно выпустил накануне. Большие подозрения имелись и в отношении “скоординированного" с засадой вызова погибших в прокуратуру. Но местные власти лишь "наивно" пожимают плечами и стойко отрицают саму возможность "сотрудничества" должностных лиц с преступниками.

Правы ли в своих догадках и подозрениях российские работники МВД, или их сомнения в надёжности дагестанских коллег являются лишь "плодом воспалённого воображения" — предоставим возможность читателю решать самому.

ЗАГАДКИ ОДНОГО ПОХИЩЕНИЯ

В середине того же декабря месяца состоялась ещё одна "сенсация", также широко озвученная телевидением. Кажется, репортаж об этом событии продолжался на ОРТ несколько минут и следовал непосредственно за очередными подробностями скандала "Моники Левински" (безусловно, "самой актуальной темой в мировой истории за последнее столетие").

Речь шла об освобождении из чеченского плена некоего московского бизнесмена, похищенного 3 декабря чеченцами прямо у станции метро "Сокол" и доставленного через всю Россию в город Грозный, где "заложник" просидел пару недель в одном из подвалов. С него потребовали выкуп ни много ни мало в миллион долларов. То ли обстановка в Чечне показалась захватчикам "недостаточно стабильной", то ли они не захотели делиться с конкурентами (как предположили дагестанские милицейские чины), но "ценный товар" похитителям зачем-то потребовалось перевезти в Дагестан для "дальнейшего хранения". При досмотре на границе работниками хасавюртовского РОВД он был "освобождён" и доставлен в Махачкалу. Со слов начальника райотдела, улыбчивого и чрезвычайно любезного подполковника Гуссейна, выходило, что "милиционеры, досматривавшие машину, обратили внимание на "нервное поведение" её пассажиров и решили открыть багажник" (надо же, сколь смелый поступок!). Оттуда и был извлечён несчастный "новый русский", кстати, почему-то категорически отказавшийся общаться с прессой.