Газета Завтра 273 (8 1999)

Судя по этому сонету, Нерваль на стороне античных богов, жаждет, чтобы вернулись героические подвиги и чудесные превращения. "Земля задрожит от пророческого дыхания", — а ведь уже в его дни начался гибельный процесс омертвления всего живого. Нерваль перевернул проблему: не люди своим просвещением, атеизмом и скептицизмом убили Бога — люди здесь не виноваты, а сам Бог обнаружил мертвый космос, эманации которого душат землю. Подобное предположение высказал герой романа "Титан" немецкого писателя Жан-Поля Рихтера, младшего современника Нерваля. Туманные догадки Жан-Поля Нерваль превратил в пять сонетов по названием "Христос под оливами".

Христос воздел худые руки к вершинам священных деревьев и, глядя на спящих учеников, многие из которых видели себя во сне королями, мудрецами, пророками, Христос — окровавленный, разбитый, страдающий — вдруг возгласил: "Друзья мои, знаете ли вы новость? Я коснулся челом своим вечного свода. Братья, я обманул вас: бездна, бездна, бездна! Бог пренебрег жертвенником, где я был жертвой…Бога нет! Бога нет более!" Но ученики спали.

Он повторил: "Всё мертво! Я пересек миры,

Я потерялся в этих млечных путях,

Жизнь в их плодородных венах

Струит золотым песком и серебряными волнами.

Повсюду пустыни, взбаламученные вихрями,

Беспокойные океаны, истерзанные турбуленциями,

Сферы, блуждающие в порывах ураганов,

Но никакой дух не существует в этих бесконечностях.

Я искал глаз Бога и видел только орбиту

Бездонную и черную. Там обитала ночь и

Постоянно густея, едва мерцала миру.

Странная радуга окружала этот зловещий провал,

Стены древнего хаоса, где небытие только тень,

Спираль, пожирающая Миры и Дни!

Сколь резко отличается жестокое и категоричное видение Нерваля от образа Божьего глаза, частого на гравюрах барокко, глаза миндалевидного, совершенного в своей красоте и доброте, в ином случае, спокойного. Панорама Христа беспощадна. Даже ученые допускают какую-то форму жизни в каком-то, пусть весьма отдаленном, уголке вселенной. В конце пятого сонета император спрашивает у Юпитера Аммона: "Какой новый бог установил землю? И если не бог, то по крайней мере демон? Оракул отвечает: "Единственный, кто может объяснить эту тайну — тот, кто дал душу детям праха". Неизвестный бог? Нерваль верил в неизвестного бога, считая, что это разумный ответ на мучительный вопрос, но верил также в бессмысленность подобного вопроса. С тем же успехом можно поверить в оживленность абсолютно всего, что Нерваль и делает в последнем сонете "Химер" — в "Золотых стихах Пифагора". Никто ничего не знает об авторстве Пифагора, оно более чем сомнительно. Существуют только фрагменты,так названные, ибо общая античная мысль выражена в них предельно ясно и сжато. Сонет Нерваля начинается так:

Свободно думающий человек! Ты полагаешь быть одним мыслителем

В этом мире, где жизнь сияет в каждой вещи?

Силы, тебе подвластные, дают тебе свободу,

Но все твои советы бесполезны вселенной.

Далее Нерваль рассуждает: уважай в каждом звере деятельный дух; учти, в каждом цветке таится душа природы: в каждом металле скрыта мистерия любви: всё чувствует и всё влияет на тебя. Даже из щели слепой стены на тебя косится недоверчивый взгляд. Не пытайся любой ценой подчинить себе каждый предмет. Последние строки поражают красотой образа:

Часто в невзрачном существе живет таинственный бог,

И как рождающийся глаз затянут пленкой своих век,

Чистый дух прорастает сквозь скорлупу камня.

1

Михаил Лавровский: «УВАЖАТЬ СВОИ ИСТОКИ»