Газета Завтра 287 (22 1999)

Почему-то министр иностранных дел Германии Йошка Фишер не последовал примеру Никиты Михалкова и не стал забивать ногой своего “зеленого” соратника, запустившего в него краской. То ли дворянства Йошке не хватило — привычки бить столетиями своих крепостных, то ли правила общества, кодекс поведения соблюдает…

Этим и отличается их западный индивидуализм, пронизанный дисциплинарными правилами поведения и потому не разрушительный для общества, от нашего ныне рождаемого и воспеваемого за государственные же деньги дикого русского индивидуализма – то бишь самодурства. Такой индивидуализм разрушает любое общество: как монархическое, так и коммунистическое. Теоретически, может быть, Никита Михалков на самом деле мечтает о монархии, то есть определенной форме традиционного русского общества, но практически он сам своими фильмами способствует идее окончательного разрушения русского общественного соборного сознания. Как бы ни было горько сознавать это нашему другу Николаю Бурляеву, но Никита Михалков по сути своей давно уже предельно прозападнический человек, с западным понятием крайнего индивидуализма, но с русскими началами анархического самодурства, скорее напоминающий известного Яшку, слугу из чеховского “Вишневого сада”, смотрящего на Россию уже как бы извне. Это про таких Федор Тютчев писал:

Чем либеральней, тем они пошлее,

Цивилизация – для них фетиш.

Но недоступна им ее идея.

Как перед ней ни гнитесь, господа,

Вам не снискать признанья от Европы:

В ее глазах вы будете всегда

Не слуги просвещенья, а холопы.

Вот такой холоп и бил в лицо подростка, беспомощного в лапах михалковских подручных. Вот такой холоп и выпустил кинофильм, якобы посвященный отечественному офицерству, но с надписями на английском языке. Даже Юрий Герман постыдился запускать по русским кинотеатрам версию своего “Хрусталева…” с титрами на иностранном языке. А наше родное “национальное достояние”, наша родная “отечественная гордость” “Сибирский цирюльник” звучит на английском языке, а в те моменты, когда кто-то говорит по-русски, появляются английские титры. За кого же нас Никита Михалков принимает? Что это за русский фильм, сделанный расчетливо на английском языке и с таким просчитанным количеством американских актеров, чтобы иметь возможность претендовать на “Оскар” как фильм американский? Даже самые утонченные эрудиты из дворянских отпрысков в своих дружеских компаниях не объяснялись на английском языке. А каков тюремный надзиратель с прекрасным гарвардским говором? Во-первых, если и говорили дворяне в своем кругу не на русском, так, естественно, – на французском. Не случайны же целые куски “Войны и мира”, написанные на французском, не случайны французские страницы Пушкина, но англоманов в России традиционно было немного, а преувеличивать влияние дальней Америки на русскую жизнь времен императора Александра III, право, не стоит. Члены императорской семьи скорее могли бы говорить друг с другом по-немецки. И педагог в военном училище — не преподаватель английского языка к тому же, вряд ли объяснялся с юнкерами по-английски… Наш оболваненный народ ест чистую голливудскую продукцию, подготовленную для завоевания Америки, и даже не замечает подмены. Он уже привык к американским фильмам, и потому не замечает михалковской подделки: зритель по инерции вложил “Сибирский цирюльник” в привычный стереотип американских масштабных картин.

НУ ДА БОГ С НИМИ, со студиями, наплевать и забыть про иностранные деньги и американских актеров, и давайте даже примем как условие игры англоговорящую Россию. Может быть, несмотря на все это, перед нами на самом деле национальное достояние? Гордимся же мы английскими романами Владимира Набокова, балетными постановками Баланчина в США…