Газета Завтра 296 (31 1999)

В.Б. Вот вы описали картину клановой мафии, картину господства кланов и сказали, каким путем можно с ними бороться. Но самое важное, кто будет осуществлять эту борьбу, когда и как? Конечно, стихийные выступления могут быть. Но есть ли осознанный путь этой борьбы? Вы отрицаете системную оппозицию. Но должны быть какие-то организации, движения, или, на ваш взгляд, это должно происходить где-то втайне, где-то в конспирации, и выход этой борьбы будет неожиданным для всех?

В.П. Скорее всего, второй путь У нас сейчас появилось гигантское количество обманутой молодежи, которую пропустили через гигантскую мясорубку военных конфликтов от Афганистана до Чечни, а потом оклеветали, оболгали и до сих пор поливают. То есть молодых людей, которые имеют опыт боевых действий и знают, что такое оружие, — многие миллионы. В российском союзе ветеранов Афганистана только официально зарегистрировано более 400 тысяч человек, это одна из самых крупных организаций страны, превосходящая практически КПРФ по численности. Они частично уже начинают бороться с бандитами, становятся второй властью, особенно в провинции. Основная борьба начнется в провинции, потому что в центре кланы наиболее прочно окопались. Но как только молодежь поймет, кто ее главный враг, она не будет бороться то с евреями, то с кавказцами, то с американским империализмом... Враг — вот он, рядышком, в твоем родном городе, в Москве, и не имеет национальности. А затем просто начнется конспиративная, подпольная, индивидуальная вначале, террористическая борьба. Ее, конечно, назовут бандитизмом, но, в отличие от кланов, туда будут идти активные люди, думающие. Они в обязательном порядке родят свое политическое движение, создадут политическую партию, которая возьмет власть.

В.Б. Ну, одно дело — межнациональная борьба, здесь все ясно. Понятна даже социальная борьба: богатые, бедные. Но где гарантия, что вместо одной клановой группировки не придет другая? Каким образом можно различать правительство, защищающее национальные государственные интересы, от новой клановой группировки, и не может ли национальное правительство стать рано или поздно на путь формирования новых кланов?

В.П. Все силы, которые сейчас борются за власть,— это силы, в той или иной мере связанные с каким-то из кланов. И победа любой из этих сил только сменит один клан на другой. Это люди, которые выращены на ниве партноменклатуры, люди, которые руководили на уровне хотя бы минимум райкома и выше, как правило, это уже связано с кланом. Их приход к власти — это клановый приход. Не зря же в Японии, да и в Германии после войны, чтобы убрать от власти своих клановиков и привести к власти национальное правительство, проводили обязательную чистку. Но там им помогали американцы, которые надеялись таким образом ослабить эти страны. У нас люди, которые работали на уровне райкомов и выше, ВЛКСМ, КПСС последние 30 лет обязательно будут связаны с кланом.

В.Б. Из-за того, что наш развал затянулся, с 85-87 года уже само собой подрастает поколение молодых чубайсов, немцовых и т.д. Они все же не партийная элита, вот вы назвали Чубайса, но масса новых молодых олигархов вне партии, но они по вашей схеме вновь идут в клановые структуры.