Газета Завтра 297 (32 1999)

КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИЯ

По развитию ситуации в этом регионе можно защищать диссертацию на тему: "Карачаево-Черкесия как модель применения подрывных политических технологий". Из тихой, спокойной республики, где межнациональная напряженность не выходила (и не собиралась выходить) за рамки мелких базарных стычек, за считанные месяцы создан бурлящий котел.

Когда генерала Владимира Семенова (карачаевца, женатого на чеченке) увольняли с поста главкома Сухопутных войск, компетентные люди хватались за головы, понимая, что через пару-тройку лет Россия получит в его лице "второго Дудаева". В администрации президента придерживались того же мнения — и задолго до выборов перешли к прямой финансовой и политической поддержке генерала. Как-никак, у администрации много друзей среди ненавистников России: Эдуард Шеварднадзе, Гейдар Алиев, Леонид Кучма, Руслан Аушев, Минтимер Шаймиев, Мадлен Олбрайт и прочие абрамовичи. Чем же Владимир Семенов хуже? На средства, вложенные в его предвыборную кампанию, можно было бы решить все экономические проблемы маленькой республики на годы вперед. Куда было состязаться с такой мощью убогому "водочному магнату" Станиславу Дереву? Но самое интересное даже не в этом. Населению был искусно предложен выбор между двумя ярыми национал-экстремистами: карачаевским и черкесским. Само собой, что обе титульные национальные группы предпочли "своего" националиста “чужому”, хотя при ином раскладе большинство охотно голосовало бы за "нейтрального" кандидата, даже русского. Но таковых перед решающим туром выборов не оказалось.

Дальше дело пошло по накатанной схеме: поджоги, угрозы, фальсификации, протесты, пикеты, митинги,— стандартный "кавказский" набор. Стоило Семенову одержать "убедительную победу", как российские СМИ с редким единодушием кинулись брать интервью у проигравшего кандидата и с бурным возмущением рассказывать обывателю о "грубейших нарушениях законодательства" при проведении голосования. У проигравшей стороны создали впечатление поддержки ее требований на самом высоком уровне. Иначе — пошумели бы "деревцы", побунтовали... да и договорились со счастливыми победителями. Мафии ведь всегда найдут общий язык. В конце концов, дал бы Семенов своим черкесским оппонентам пару-тройку должностей, договорился бы о переделе сфер влияния...

"Ну, уж нет!"— решили закулисные кукловоды. И вот уже Верховный суд РФ признает результаты выборов недействительными. Теперь на площадях и дорогах бунтуют разгневанные толпы "семеновцев", искусно направляемые хорошо обученными "штабами" и подкармливаемые из "внебюджетных фондов".

"В чем же смысл?"— спросите вы. Ответ прост: нужно довести дело до вооруженных столкновений. Кто посчитал, сколько экстремистских лозунгов и оскорблений в адрес противоположной национальности вылилось с обеих сторон в ходе "послевыборной эпопеи"? Сколько мелких драк и стычек прокатилось по градам и весям маленькой республики? На Кавказе долго помнят обиды и почти никогда их не прощают. Не хочется пророчить беду, но, похоже, скоро в Карачаево-Черкесии начнут стрелять.

ОСЕТИНО-ИНГУШСКИЙ КОНФЛИКТ

Следующим по степени напряженности регионом является осетино-ингушская граница. Напомню, в октябре 1992 года в Пригородном районе Северной Осетии-Алании произошел вооруженный конфликт, в результате которого сотни людей погибли, а десятки тысяч ингушских беженцев покинули места своего проживания. Чтобы предотвратить дальнейшую межнациональную войну, на границу между республиками выставлено больше войск, чем на любую внешнюю границу Российской Федерации (не считая чеченского рубежа). Работала дюжина комиссий, представительств, комитетов и совещаний, которыми исписаны десятки тонн бумаги. В "процесс мирного урегулирования" угроханы десятки, а то и сотни миллионов "уе". И что же? А ничего! Воз и ныне там. Такое впечатление, что Москва по-настоящему и не хотела примирения, а лишь стремилась "законсервировать" конфликт до поры до времени (авось, пригодится!). Противостояние погромыхивало время от времени терактами, убийствами да перестрелками вдоль границы, а также кормило тучу чиновников и обеспечивало расквартированным здесь войскам удвоенный оклад и выслугу. Война ждала своего часа.

Посмотрев правде в глаза, необходимо отметить: конфликт принципиально невозможно разрешить к обоюдному удовлетворению враждующих сторон. И осетины, и ингуши считают и будут считать Пригородный район своей исконной землей, ссылаясь на различные периоды истории, вплоть до раннего средневековья. Характерно, что никто не вспоминает о русском казачьем населении, компактно проживавшем здесь до 1920 года и поголовно вырезанном или изгнанном ингушами в ходе революции и гражданской войны. О нем напоминают сейчас лишь старые названия населенных пунктов: Камбилеевское, Ольгинское, Сунжа...