Газета Завтра 3 (1207 2017)

разбившийся не склеить самолёт.

для лохов ты практически никто.

ты фуру взглядом выбросишь в кювет.

возможно, зря. возможно, поделом.

злой ворон с неба каркнет свой привет.

его подруга каркнет свой шолом.

в замкадье организму важен йод

и кальций. с ним вообще у нас беда.

Офелия здесь больше не живёт.

отчалила куда-то навсегда.

монстр слова, корректируя маршрут,

проносится по малому мосту.

не сдохнуть раньше срока   — тоже труд,

не вляпавшись в тоску и нищету.

январь 2017 г.

«Вам припомнятся эти псалмы...»

«Вам припомнятся эти псалмы...»

Виктор Верстаков

19 января 2017 0

В день рождения отца

…И было бы тебе 93.

Немногие участники Великой

Отечественной горестной войны

достигли в жизни возраста такого.

Пью за танкиста Глеба Верстакова,

хмелея не от водки   — от вины.

Мы   — дети победителей-героев,

рождённые в конце сороковых

и в первые года пятидесятых

еще при Сталине и прочих супостатах,

как нынешние именуют их   —

жестоких маршалов и спившихся солдат,

прекрасную Европу захвативших,

её державших сорок с лишним лет

в плену и угнетении суровом…

Пью за танкиста Глеба Верстакова,

которого давно на свете нет.

Ты умер   — и Россия пошатнулась:

Олимпиада куцая, Афган,

безвластие верхов, низов броженье,

к безумной пропасти безвольное скольженье,

распад Союза, суета, обман.

И я, твой сын, всё это допустил.

Назвавший внука твоего в честь деда,

в горячих точках от стыда дрожал,

трусливо храбреца изображал,

краснея от очередной победы.

Ты не увидел нынешней страны,

которую страною звать нелепо,

где продаётся всё и все подряд.

Прощай, отец! Прости меня, солдат!

Пью за танкиста Верстакова Глеба…

За други своя

Мы уходили от погони,

мы от погони не ушли

и на горящем горном склоне

телами смертными легли.

А души положили рядом,

наперекрест: моя, его,   —

чтоб в небесах перед парадом

не перепутать ничего.

  * * *

Ну, что он скажет мне?

Ни на одной войне

он не был ни минуты,

болтая почему-то

о смысле бытия,

в котором, дескать, я   —

бездумно воевавший,

от времени отставший   —

вовеки не пойму

открытое ему.

Нет, в прорези прицела

виднее суть да дело.

Участник госпереворота

Две пули автоматных

вонзились в кость одну.

А всё же он обратно

вернулся на войну.

Почти что однорукий

(вторая   — словно плеть)

учил бойцов науке

зазря не умереть.

Учил и генералов

помилосердней быть,

селений и дувалов

слепым огнем не бить.

Потом   — вторая рана,

награда и приказ,

чтоб из Афганистана

убрался сей же час.

В России подлечился

и должность получил,

где снова в бой включился   —

разведчиков учил.

Собратья-офицеры

шли с бедами к нему.

Он оправдал их веру   —

и угодил в тюрьму.

Мол, к госперевороту

он собирал войска,