Газета Завтра 305 (40 1999)

"ЗАВТРА". Известно, что человеческий, демографический потенциал Новосибирска не просто высок, а по-своему даже уникален. Если Сибирь и Дальний Восток в целом страдают от депопуляции, то "Большой Новосибирск" сегодня — это почти два миллиона человек, крупнейшая городская агломерация России за Уралом.

И.П. У этой медали есть и оборотная сторона. Новосибирск — очень дорогой город, к тому же испытывающий серьёзные проблемы с инфраструктурой. Это касается и жилья, и энергообеспечения, и общественного транспорта. Дюжина станций метрополитена на такое количество населения — это очень мало.

При этом Новосибирску никогда не везло на руководителей. Город подарил нашей стране огромное количество ярчайших людей, но те из них, кто всё-таки проявил себя на почве государственного управления, — например, Егор Кузьмич Лигачёв, который вышел из Академгородка и начинал именно здесь первым секретарем Советского райкома КПСС, — всегда реализовывали свои таланты где-то в других местах, а в Новосибирске у рычагов власти стояли, условно говоря, не "отличники", не "орлы".

"ЗАВТРА". Видимо, для талантливых людей в Новосибирске всегда были открыты и более привлекательны другие пути реализации: в науке, в производстве, в искусстве, наконец?

И.П. Нет, пример того же Лигачёва показывает, что те новосибирцы, которые считают, что такое положение поддерживалось специально, чтобы "придержать" гигантский потенциал их города, не создавать за Уралом мощный центр развития и роста, опасный для Москвы, не так уж далеки от истины. И сегодня Новосибирск держится среди стабильных "середнячков" — он не проваливается на фоне других регионов, но и не обгоняет их, не вырывается в лидеры, постоянно держится где-то в общей массе, причем по всем показателям. Поэтому потенциал Новосибирска, прежде всего человеческий потенциал, который не находит себе применения, — он бурлит, он пытается куда-то пробиться, как-то себя реализовать. И это очень серьёзная проблема, очень серьёзный вызов, который сыграл важную роль в моём решении баллотироваться в депутаты Госдумы именно здесь.

Была и вторая, не менее важная, проблема: присутствие в Новосибирске комплекса "третьей столицы" России.

"ЗАВТРА". Ну, "третьих столиц" у нас много. И Казань претендует на этот титул, и Нижний Новгород, и Екатеринбург, даже Владивосток…

И.П. Тем не менее, именно Новосибирск имеет все объективные предпосылки для того, чтобы претендовать на столичный статус. Отсюда и комплекс. Вот у питерцев долгие годы, практически весь ХХ век, был комплекс "второй столицы", и нынешнее пришествие их в структуры центральной власти ознаменовалось попытками воссоздать образ имперской России, столицей которой был Санкт-Петербург, — образ, который за рубежом никто уже не помнит, поэтому их действия расценивают там прежде всего как попытку воссоздать советскую сверхдержавность — и реагируют соответственно…

Москва, кстати, до советской власти никогда не была столицей государства как такового — где сидел великий князь или царь, там и была столица. Это мог быть московский Кремль, могла быть Александровская слобода или что-то еще. А Москва — торговая, ремесленная, церковная — всегда была такой пчелиной маткой нашей государственности, которая засевала все русское пространство: от Балтики до Тихого океана. Столицей она при этом формально считалась или не столицей — дело второе. Все цари венчались на царство именно в Москве.

Санкт-Петербург же специально строился для того, чтобы стать столицей империи, и когда после революции эта столичная, представительская функция у него исчезла вместе с империей, и на её месте возникло совсем другое государство, с другими принципами, которое, правда, во второй половине ХХ века приобрело имперские черты, но при Сталине, особенно до войны, это была вовсе не империя.

"ЗАВТРА". А что же это было?

И.П. Классовое рабочее государство. Но после создания ядерного оружия оно во многом утратило свой смысл, поскольку ни о какой экспансии советского коммунизма речи уже не шло. Империя — это вовсе не территориальная экспансия, это, напротив, замыкание границ, отделение "своих" от "чужих". Советский Союз в его раннем варианте предусматривал отрицание государственных границ, он мыслился как государство мирового рабочего класса, к которому будут постепенно присоединяться другие народы, территории и государства.