Читаем Газета Завтра 305 (40 1999) полностью

С 22 по 25 сентября в Новосибирском джаз-клубе "Труба" прошла книжная ярмарка издательства "Ad Marginem" — "Чёрный рынок". Об итогах и впечатлениях — редактор издательства Михаил КОТОМИН.



Предыстория этой акции — московская. К сожалению или к счастью, идея пришла в Новосибирск импортом. В Москве на бывшей бумажной фабрике мы делали такую акцию четыре раза. Названия каждый раз были новые — "Чёрный рынок", "Сделай сам" и.т.д. Мы попробовали совместить книги с уличной самоорганизацией. На улице или в пустом цехе ставятся столы, вертушки, приходят лекторы, крутится кино. Книги продаются без посредников, плюс очень дёшево издания прошлых лет. В Москве атмосфера была очень крутой — мы ни с кого из участников не брали денег, брали услуги. И путём соединения услуг, — кто-то колонки принёс, кто-то стол купил — получалось цельное действо. Эффект был приличный, к нам стали ездить люди из других городов. Наконец, нас позвали наши друзья из Новосибирска, джазовый клуб "Труба", и попросили эту атмосферу выплеснуть туда. Последний раз в Новосибирске я был семь лет назад, был в полном восторге, город был на подъёме. Была встреча с Арсеном Ревазовым — на официальную, в магазин "Топ-книга", пришло человек десять, а на неофициальную, в магазин "Джинсы", в котором почему-то дарили наши книги каждому покупателю джинсов, пришло человек семьдесят, включая пенсионеров.


Мне очень важна единица, которую я называю, — акт чтения. То есть немотивированный рекламой личный выбор любой книги. И вот этих актов чтения в Новосибирске было много. Приехали ребята из Красноярска — скупили старые номера "Арт-хроники", пришёл читатель газеты "Завтра" — купил всего Проханова. При этом я прошёлся по книжным магазинам, что-то там есть. То есть это даже не вопрос цены, хотя наценка в двести процентов за Уралом — это норма. Просто люди магазинам не верят. Там царит полный "сюр" — в магазине "Плиний Старший" продавцы ходят в ливреях, как официанты в ресторане "Пушкин", на полке "буккроссинг" лежат только экзаменационные билеты в ГАИ, зато двести экземпляров, директор рассказывает о Шопенгауэре как о какой-то новинке, наконец-то доехавшей до города.


В этот раз из заморских аналогий город вызвал ассоциации с Детройтом. Если раньше люди были настолько рады визиту писателя, что шли в джинсовый магазин, задавали вопросы, которые в Москве уже мало кого интересуют, — о смыслах. Все, с кем мы общались были дико рады нашему приезду, и в этом смысле очень важно, что такой выезд состоялся, и опять понесли книги коробками. Это говорит о том, что люди готовы к диалогу, просто инструменты диалога умерли. Официальные структуры этим не занимаются.


Для тех немногих представителей того, "старого" Новосибирска, Академгородка, то, что мы привезли, было поводом для какой-то непонятной мне, чрезмерной радости. Люди просто бросались на них, при мне девушка позвонила в Красноярск, и люди приехали, десять часов на поезде провели, чтобы купить старые книги издательства "Текст". То есть, с одной стороны, истерическая радость, с другой — почти животное удивление: "Ха-ха, книги… В клубе продают". Ситуация симпатичная — произошёл элемент самоорганизации, устроители собрали десять тысяч рублей на тонну транспорта и доставили нас вне всякой логистики, просто загрузив вагон. Тем самым, существенно уменьшив цену книги. Но всё это свидетельствует и о том, что полностью отсутствует планомерная культурная политика.


Режиссёр Борис Хлебников рассказал примечательную историю. Он во всех фильмах снимает актёров из кемеровского театра "Ложа". Его пригласил на спецпоказ директор главного кинотеатра или дома кино Кемерово. Хлебников согласился. Директор говорит: "А не могли бы взять с собой актёров, которые играют у вас главные роли?"


Хлебников отвечает: "Вы знаете, они до вас могут доехать на автобусе, они живут в Кемерово".


То есть внутри города всё расшатано, общее городское поле полностью исчезло. Такие заезды — это, конечно, вахтенный метод поддержания культурного единства страны. И Министерство культуры сейчас переключилось на такие фестивали — разнообразные кинотавры. Вместо планомерного ежемесячного поддержания музеев, книжных магазинов, театров, гораздо проще надуть щеки и сделать фестиваль.


С другой стороны, всё настолько потеряно, что даже тема вахтенных фестивалей просто может спасти культурное и языковое единство страны. А с третьей стороны, то, что мы вынуждены это делать сами, с ребятами из джазового клуба, этого не делают наши официальные структуры


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Формула бессмертия
Формула бессмертия

Существует ли возможность преодоления конечности физического существования человека, сохранения его знаний, духовного и интеллектуального мира?Как чувствует себя голова профессора Доуэля?Что такое наше сознание и влияет ли оно на «объективную реальность»?Александр Никонов, твердый и последовательный материалист, атеист и прагматик, исследует извечную мечту человечества о бессмертии. Опираясь, как обычно, на обширнейший фактический материал, автор разыгрывает с проблемой бренности нашей земной жизни классическую шахматную четырехходовку. Гроссмейстеру ассистируют великие физики, известные медики, психологи, социологи, участники и свидетели различных невероятных событий и феноменов, а также такой авторитет, как Карлос Кастанеда.Исход партии, разумеется, предрешен.Но как увлекательна игра!

Михаил Александрович Михеев , Александр Петрович Никонов , Сергей Анатольевич Пономаренко , Анатолий Днепров , Сергей А. Пономаренко

Детективы / Публицистика / Фантастика / Фэнтези / Юмор / Юмористическая проза / Прочие Детективы / Документальное