Газета Завтра 310 (45 1999)

Между работающими крутилась крепкая немецкая овчарка, разминая затекшие от долгого сидения в кузове лапы. Ей то и дело перепадали кусочки пайковых галет и пластинки печенья. Связисты раскручивали мотки антенн, растягивали их, закрепляли. Разведчики на "бэтээрах" спокойно и чуть ревниво наблюдали за работой омоновцев. Задачи по сопровождению выполнялись почти каждый день. И обеспечив безопасность ОМОНа в пути, теперь надо было засветло вернуться с колонной пустых грузовиков на базу. А это во многом зависело от расторопности омоновцев. Но и торопить их никто не пытался. Спецназовцы слишком хорошо понимали, что чувствуют сейчас эти русские мужики за две с половиной тысячи километров от родного Севера. Как тревожна будет для них эта первая ночь, как чужда и не обжита база, как враждебна ночь. Потом, когда наладятся жизнь и служба, база станет родным домом, а поселок и его окрестности будут изучены лучше, чем домашние антресоли, их настроение будет другим. Но сегодня самая трудная ночь. И потому никто никого не торопил.

Неожиданно на командира нашей группы по рации вышел старший. Пока ОМОН не окончил разгрузку, необходимо было с командиром ОМОНа выдвинуться на передний край для рекогносцировки и знакомства с обстановкой на месте. Все быстро попрыгали на броню — и "бэтээр" сорвался с места. Через пару улиц дорога стремительно пошла под уклон. Домов стало меньше. И, наконец, мы выскочили на окраину Горагорска. Точнее, его верхней части. У подошвы горы раскинулся нижний поселок, и глаза мгновенно выхватили из ландшафта знакомые зубцы многоэтажек при въезде. Они! Там, недалеко от них, ровно пять лет тому назад одному из насприходилось стоять с двумя разведчиками и, слушая разглагольствования боевиков, гадать о том, как сложатся их судьбы через месяц, через год? Как сложатся наши судьбы? Какой будет эта война? Что принесет она России? И, всматриваясь тогда в затягиваемые туманом вершины, хотелось понять, кто смотрит сейчас оттуда и что он видит? Сегодня с этой вершины на себя самих смотрели мы сами. Смотрели спустя четыре года. Круг замкнулся. И уже неся на плечах груз знания того, что ждет стоящих внизу в окружении боевиков разведчиков, как можешь, пытаешься передать им всю свою тревогу и боль за то, что было и еще будет.

Круг замкнулся…

По рации передали, что разгрузка окончена и ОМОН "заземлился". Надо было спешить домой. Стремительно наползали ранние осенние сумерки, стряхивая, сбрасывая наваждение и оцепенение прошедших минут. Взревел движок "брони". Машина покатилась по склону вверх. На вершине еще раз — взгляд назад. Пронзительное ощущение прикосновения к чему-то невыразимому исчезло, прошло. Ждать здесь знака или знамения не имело никакого смысла. Третьей дороги на Горагорск нет…

Москва — Моздок — Горагорск — Москва

аренда микроавтобусов автобусов 3

Андрей Фефелов ВСЕМ РУССКИМ СОБОРОМ

Профессор Борис Николаевич Чичерин, русский мыслитель, почетный член Санкт-Петербургской Академии наук, как-то написал такие строки: "Государство представляет организацию народной жизни, сохраняющейся и обновляющейся в непрерывной смене поколений".

Но "организация народной жизни" может быть слабой, никудышной, соответственно — если следовать Чичерину — на свет появляется никудышное, дрянное государство (..."государство, ослабляющее нацию — тем самым доказывает свою несостоятельность". Лев Тихомиров). Но вопрос заключается в том, как нации организовать себя; каковы механизмы самоорганизации народа?

Новое политическое движение, заявившее себя на днях в Москве, возглавляемое самарским предпринимателем Николаем Сорокиным, таковым механизмом считает созыв Всероссийского народного собрания из представителей всех без исключения городов и областей России.