Газета Завтра 310 (45 1999)

Призыв "обогащаться", пока "разрешено все, что не запрещено", обращенный к "новым русским", сыграл, скорее, роль пресловутого естественного отбора: из гонки постепенно выбыли все те, кто неадекватно действовал в ее ходе. Сегодня даже идеологи "реформ", "приватизации" и "либерализации цен" очевидно выродились до типичного криминального сообщества "в законе", где нет и не может быть никакой "протестантской этики". Пропагандистская кампания, за последние месяцы развернутая против "российской коррупции" недавними зарубежными вдохновителями и покровителями, показала это с полной отчетливостью.

Напротив, самый "крутой" низовой российский криминал, бесчисленным множеством сосудов и нервов сросшийся с "органами", прорастая на международный уровень действия, четко понимает и принимает необходимость и ценность истинного государственного суверенитета, обеспеченного идеологически, а также все выгоды от реальной причастности к нему.

Выход на международную арену выживших в жесточайшей схватке за постсоветскую собственность операторов низшего и среднего звена сопровождается их полуинстинктивными попытками внедрить "у себя" некоторые принципы социальной справедливости — для того, чтобы выжить на нынешней мировой бойне, как ни парадоксально такое звучит в применении к недавним "браткам", которые, кстати, в большинстве своем психологически очень далеки от "классической" преступности как таковой.

На сегодня эти люди выполняют, скорее, функции управленцев, настоящих "хозяев" районов и областей — то есть функции, ранее свойственные секретарям партийных организаций. Данная матрица общественной организации на базовом, самом массовом, экономическом уровне бытия воспроизводится, можно сказать, с абсолютным подобием.

В "криминальную тень" за 1992-98 гг., по разным данным, ушло от трети до половины реального валового продукта страны. Именно отсюда берет начало основная доля утечки российских, а также смежных, капиталов за рубеж. Поэтому доверять официальной статистике, дающей запороговые показатели падения производства,— не стоит. Будь эти показатели верны — Россия, действительно, представляла бы собой даже не десяток, а несколько десятков мелких государств, не говоря уже о других республиках Союза.

Но реальная база развития (пусть медленнее заявленного) все же сжимается, подобно шагреневой коже. Восстановливать суверенитет государства, используя эту основу, будут не "демократы" или "новые русские", а совершенно другие политические силы, генетически связанные с советским проектом и действующие на глобальном уровне. Ведь не секрет, что Российская Федерация признана правопреемницей СССР далеко не в полном объеме. Да, она унаследовала место Советского Союза в СБ ООН и право вето, она унаследовала советские долги и советские обязательства по сокращению стратегических ядерных и обычных вооружений — но не более того. С учетом изменившейся роли ООН можно сказать, что в наследство России перешли в основном пассивы СССР.

Гигантские активы СССР и КПСС не были объектом правопреемства. Более того, все попытки установить их существование закончились ничем. Огромное количество активов было выведено из-под контроля РФ и в ходе "приватизации". Как результат — непрерывная череда фактических государственных банкротств образца 1991-го (отказ от выплаты внешней задолженности), 1992-го ("либерализация цен" и замораживание внутренних вкладов населения), 1993-го (списание "чеченских авизовок" под расстрел Дома Советов), 1994-го (обвал финансовых "пирамид") и 1998-го (дефолт имени Кириенко) годов. Даже если считать все эти процессы стихийными, нельзя не признать, что виртуальная и неподконтрольная нынешнему политическому режиму РФ часть экономики бывшего СССР едва ли не на порядок больше видимой и подконтрольной. Даже будучи слепой и неуправляемой, во что мало верится,— это сила, с которой нельзя не считаться.

Известны различные оценки вывоза капитала из Российской Федерации за 1992–98 гг. Даже официальные данные Минфина РФ не опускаются ниже отметки 100 млрд. долл. в текущих ценах. Известны и оценки суммарного капитала, "вброшенного" на Запад из СССР, России и других, недавно союзных, республик за последнее 30-летие, с учетом "наработанных" процентов. Они как минимум на порядок выше.

Сегодня это, скорее, не виртуальная финансовая империя, не тень Советского Союза, а некое подобие Германии времен феодальной раздробленности. Но "путь Бисмарка" для нее отнюдь не заказан. Тем более, что "железа и крови" потребуется гораздо меньше. В этом состоит оперативный аспект ситуации.

Наконец, существует очень важный международный аспект возвращения СССР. О нем уже упоминалось выше в связи с изменением роли ООН, НАТО и углублением пропасти между "первым" и "третьим" миром.