Газета Завтра 313 (48 1999)

Но вот что еще, замечу походя, поразило меня в этих справочниках. Первый — “Кто есть кто в России и ближнем зарубежье” — вышел тиражом 50 тысяч экземпляров еще в 1993 году стараниями издательского дома “Новое время” при содействии акционерного банка “Деловая Россия”. Так вот. Статья о вас там есть, а о таких ныне покойных, но тогда здравствовавших творцах русской культуры, как Леонид Леонов, Галина Уланова, Георгий Свиридов, Святослав Рихтер, народный артист Николай Анненков, — ни строчки! Не нашлось места и для таких живых классиков, как Игорь Моисеев, Борис Покровский, Тихон Хренников, не упомянуты Виктор Розов, Евгений Светланов, Ирина Архипова, Герой Социалистического Труда Б.А.Рыбаков, дважды Герой и шестикратный лауреат высших Государственных премий академик Н.А.Доллежаль, чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов (Г. Каспаров, разумеется, есть) и т.д.

О вас, Михаил Андреевич, в справочнике сказано: “Отечественный кинематограф нельзя представить без ярких образов, сыгранных этим замечательным артистом”. Прекрасно! А разве можно представить нашу литературу, драматургию без образов, созданных Леоновым и Розовым? А наше театральное искусство, балет, хореографию — без Улановой и Моисеева, без Покровского и Анненкова? А нашу музыкальную культуру — без Свиридова и Хренникова, без Рихтера и Светланова? А науку — без Рыбакова и Доллежаля? А шахматы — без Карпова, обладателя девяти шахматных “Оскаров”, что Каспарову и не снилось?

Наконец, можно ли представить и наше кино без ярких образов, созданных, допустим, таким замечательным артистом, как Николай Крючков? А ведь его, тогда живого, тоже не пустили в это культурно-просветительское издание... Так не кажется ли вам, Михаил Андреевич, что оказаться в справочнике, в который демократические держиморды закрыли доступ названным выше славным сыновьям и дочерям советского народа, в том числе вашему старшему собрату Николаю Крючкову, это подобно публичной пощечине или — как порядочному человеку вдруг попасть на юбилей Яковлева, на свадьбу Сванидзе или на поминки Доренко.

Второй справочник — “Кто есть кто в России” — вышел в издательстве “ЭКСМО-пресс” уже в 1997 году. И опять — до чего ж это эскимо недоброкачественное! В нем представлено более 700 лиц. Статья о вас есть. Можно прочитать даже о таких канцерогенных личностях, как Евгений Киселев, Татьяна Миткова, тот же Сергей Доренко. Правда, некоторые существенные обстоятельства в жизни подобных персонажей почему-то умалчиваются. Так, нет ни слова о том, что когда Березовский дает отдохнуть переутомившемуся от брехни Доренко, тот восстанавливает силы для новой бульдожьей схватки с Лужковым “в собственном роскошном доме, расположенном на великолепном участке американской земли, где уже давно живет его семья” (Константин Ковалев. Взгляд из Нью-Йорка. “Молния” № 22’99).

Так вот, хоть и в ущербном виде, но такого пошиба личности представлены, но снова ни Свиридова и Хренникова, ни Крючкова и Анненкова, ни Игоря Горбачева и Архиповой, ни Доллежаля и Рыбакова... Вам, полагаю, не слишком-то все же приятно соседство профессиональных лжецов, провокаторов и невежд, но чем же объяснить, что вас предпочли, допустим, Хренникову? Не тем ли, что Тихон Николаевич, будучи с молодых лет коммунистом, и в 85 стоит на своих прежних убеждениях, не суетится, не бегает по юбилеям профурсеток, а вы... Однако не будем спешить...

Пожалуй, для полной ясности этого письма надо бы сообщить вам кое-что о себе — не о литературной работе, а просто о жизненном пути. Он не из радужных. Когда было двенадцать лет, умер от туберкулеза на сороковом году отец, оставив троих детей. В молодости он, между прочим, был офицером, кончил Алексеевское императорское военное училище. Но оказаться заодно с вашим есаулом Калмыковым он не мог ни при каких обстоятельствах. В 1917 году, как многие тысячи русских офицеров, как его однокашник по училищу А.М.Василевский, будущий Маршал, отец встал на сторону народа. А овдовевшая мать была всего лишь медицинской сестрой, но ничего — благодаря Советской власти, за которую вы ныне у молодого поколения прощения просите, все получили образование, вышли в люди. Перед самой войной я окончил школу и вскоре — фронт. Со своей 50-й армией протопал от Калуги до Кенигсберга, а потом — Манчьжурия. Ну, после войны — учеба в Литературном институте, работа в газетах и журналах, женитьба, семья, дети... Несмотря на трудности и утраты, порой самые тяжелые, считаю, что прожил счастливую жизнь, хотя, в отличие от вас, не обременен ни почетными званиями, ни увесистыми премиями, ни большими орденами (кроме военных, конечно, да недавнего ордена “Защитнику Советов”, а позже — ордена Сталина). А уж литературная моя работа из этого жизненного пути и проистекает вся...