Читаем Газета Завтра 313 (48 1999) полностью

Стремление запретить эту организацию, выбить ее из предвыборной гонки, лишить сотни тысяч, а быть может, и миллионы российских граждан возможности голосовать именно за эту организацию связано с тем, что в первой тройке ее избирательного списка был обозначен лидер Русского национального единства А.П.Баркашов. Его имя наводит страх на тех, кто предал интересы Родины и узурпировал власть.


Показательно, что с требованием не допустить "СПАС" к легальной деятельности и, следовательно, к участию в выборах одним из первых через СМИ выступил верховный раввин России Адольф Шаевич.


Несомненно, это был весьма опрометчивый шаг, последствия которого в создавшейся ситуации трудно предвидеть. Такого действия не позволили себе ни духовный лидер мусульман, ни хотя бы один православный иерарх.


Печально и то, что ни одна из политических партий или избирательных группировок не выступила против произвола, а ведь это непременно должны были сделать прежде всего те, кто называет себя демократами и ратует за создание правового государства. Грош цена им всем вместе с их предвыборными платформами, позициями и посулами народу.


А.П. Я знаю тебя уже около 10 лет и отношусь как к другу и брату. Меня поражает в тебе дерзкий стоицизм, с которым ты бьешься и рубишься с этой несчетной и неоглядной ратью духов злобы и слуг Сатаны. Ощущение такое, что ты один на своем могучем коне Правды и Знания врываешься в бой и в кромешной тьме сечешь и рубишь врагов Правды и Справедливости. Что тобою движет? Почему ты, неизвестный мне человек, явился однажды в мой кабинет, когда закрывали газету "День", и предложил свою помощь профессора, интеллектуала, изящного адвоката такой оппозиционной, гонимой газете, находящейся в конфликте с властью? Какие у тебя от этого корысти, какие у тебя от этого приобретения, какой главный мотив?


Я представляю, какие потери ты несешь в обществе, где репутация верноподданного ельциниста дает блага, дает стабильность, дает повышение в карьере. Ты же служишь в учреждении. Ты окружен связями. Ты живешь в реальной социальной среде, которая может тебя отторгнуть за связь с нашей газетой? Что движет тобой?


М.К. Этот вопрос и философски сложный, и удивительно простой.


Сложный, поскольку он затрагивает глубокие раздумья о судьбах Родины и моего народа.


Простой — потому что ответ лежит на поверхности, в тексте Священного Писания. "Тяготы друг друга носите и так исполните закон Христов", — гласит Евангелие.


Господь призывает нести тяготы тех, кто нуждается в помощи, тех, кто за народ, кто за Родину, кто против поругания ее, кто сам подставляет свою грудь, защищая обездоленных, кто несет слово правды.


К тебе меня привела именно глубокая уверенность, что ты и твоя газета — это тот очаг сопротивления злу, который питает энергией огромные слои российского общества. В том числе питает и меня.


Быть рядом, подставить свое плечо, не бояться быть подвергнутым остракизму со стороны властей, а такое уже было у меня, — вот что двигало мною.


Поведенческие стороны жизни человека, его гражданскую позицию должен пронизывать высокий нравственный императив.


Трагедия нашего народа, и в особенности интеллигенции, состоит в том, что, зашоренные и одурманенные, мы перестали бояться Бога и стали бояться власть и работодателя. Посмотри, как часто, вопреки собственной совести, мы грешим, бываем равнодушны к чужой беде и несчастью, совершаем мелкие, подлые поступки, которые Господь видит и отмечает на небесах.


Не меньшей бедой Святой Руси я считаю и то, что в народе произошел надлом христианского духовно-нравственного стержня. Но вместо того, чтобы остановиться на путях наших, посмотреть и осмыслить, что с нами происходит, мы стремительно катимся в болото ветхозаветных, по существу, талмудических ценностей, отвергнутых самим Творцом еще 2000 лет назад.


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
100 знаменитых катастроф
100 знаменитых катастроф

Хорошо читать о наводнениях и лавинах, землетрясениях, извержениях вулканов, смерчах и цунами, сидя дома в удобном кресле, на территории, где земля никогда не дрожала и не уходила из-под ног, вдали от рушащихся гор и опасных рек. При этом скупые цифры статистики – «число жертв природных катастроф составляет за последние 100 лет 16 тысяч ежегодно», – остаются просто абстрактными цифрами. Ждать, пока наступят чрезвычайные ситуации, чтобы потом в борьбе с ними убедиться лишь в одном – слишком поздно, – вот стиль современной жизни. Пример тому – цунами 2004 года, превратившее райское побережье юго-восточной Азии в «морг под открытым небом». Помимо того, что природа приготовила человечеству немало смертельных ловушек, человек и сам, двигая прогресс, роет себе яму. Не удовлетворяясь природными ядами, ученые синтезировали еще 7 миллионов искусственных. Мегаполисы, выделяющие в атмосферу загрязняющие вещества, взрывы, аварии, кораблекрушения, пожары, катастрофы в воздухе, многочисленные болезни – плата за человеческую недальновидность.Достоверные рассказы о 100 самых известных в мире катастрофах, которые вы найдете в этой книге, не только потрясают своей трагичностью, но и заставляют задуматься над тем, как уберечься от слепой стихии и избежать непредсказуемых последствий технической революции, чтобы слова французского ученого Ламарка, написанные им два столетия назад: «Назначение человека как бы заключается в том, чтобы уничтожить свой род, предварительно сделав земной шар непригодным для обитания», – остались лишь словами.

Геннадий Владиславович Щербак , Александр Павлович Ильченко , Ольга Ярополковна Исаенко , Валентина Марковна Скляренко , Оксана Юрьевна Очкурова

Публицистика / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии