Газета Завтра 330 (13 2000)

За годы почти десятилетней "борьбы с коммунизмом" даже самые близорукие представители режима поняли ее бесперспективность. Со временем это понимание переросло и в готовность к диалогу с левой оппозицией со стороны тех, кто считает себя "национал-капиталистами", пытается вывести формулу будущего России из сочетания "национальных интересов" и "рыночной экономики". Не будем касаться того, насколько верна эта формула. По крайней мере, люди, стоящие на такой позиции, не мечтают об уничтожении России, не хотят порабощения нашей страны. Значительная часть из них и составила электорат В.Путина. И, надо полагать, что и сам Путин должен быть связан большинством своих избирателей определенными обязательствами. В листовках, распространенных путинским штабом за несколько дней до выборов, нынешний хозяин Кремля говорил о "сильной армии", "великой державе", обещал покончить с бандитизмом и сепаратизмом, сохранить государственное единство России.

Будет ли В.Путин выполнять эти обещания? Если да, то в решении этих задач он сможет рассчитывать на поддержку тех, кто голосовал за левопатриотическую оппозицию, которая давно и настойчиво выступала с аналогичными требованиями. В отличие от Б.Ельцина, который останется в российской истории как воплощение абсолютного зла, ада, катастрофы, у Путина есть возможность выйти из-под действия давящей на него кармы "преемника".

И пока у Путина остается такая возможность, для патриотов он — не только соперник, но и потенциальный союзник. Другое дело, что камнем преткновения во всех благих намерениях, которые продекларировал Путин, остается его экономическая программа. Ведь в условиях дикого олигархического капитализма, когда лишь ничтожная часть национальных богатств может быть использована в интересах народа, армии, государства, ни одно правительство не сможет одолеть криминальный беспредел, защитить суверенитет, раздавить обнаглевших сепаратистов. Не сможет по одной причине: не хватит денег.

Про социальные программы, улучшение жизни народа, возвращение украденных "реформаторами" сберегательных вкладов можно даже и речь не вести — и так все ясно. Тем не менее, даже намерение Путина восстановить державную мощь, остановить произвол региональных баронов, даже чисто имиджевая ориентация на национальные ценности уже может быть полем для диалога. И на этом поле Путин и Зюганов могут остаться соперниками, но, по крайней мере, уже не будут врагами.

Александр СЕРГЕЕВ

Игорь Шафаревич ТРИНАДЦАТЫЙ ПРЕТЕНДЕНТ

Всякие выборы, будь то парламента или президента, обнажают анатомию общества, всегда полезно их обдумать. В прошедших выборах есть, как мне представляется, одна важная черта, отличающая их от всех предшествующих. Кажется, что повеял какой-то новый дух: пошли разговоры о тринадцатом кандидате — "против всех", о неучастии в выборах и т. д. Дело, конечно, совсем не в том, что тут был шанс как-то повлиять на итоги выборов: например, сорвать их. Такой возможности, безусловно, не было. Но проявилось гораздо более важное явление — в народе начало пробуждаться понимание того, что выражение его интересов во всей действующей сейчас политической системе, включая и выборы, просто невозможно, да и не предусмотрено. "Влиять на результаты выборов" — бесполезно, это все равно, что пытаться обыграть наперсточника. Цель выборов не имеет отношения к выявлению воли народа — они должны обеспечить по возможности гладкое функционирование тех отношений, которые сложились в результате произошедшего передела собственности власти. Вот если народ широко осознает истинное положение вещей — это будет громадным и реально весомым политическим сдвигом. И видно, как остальные двенадцать кандидатов заволновались — всего-то из-за действий ничтожных группок людей, как много внимания они привлекли в средствах информации. Видимо, здесь был затронут какой-то жизненно важный нерв системы, ее "кощеево яйцо".

Было бы совершенно противоположно логике, если бы у нас сейчас сложилась другая система власти (включая выборы). Осознаем: произошел передел собственности, невиданный в истории. Руки узкого слоя олигархов ухватили ценности — большие, чем золото Перу и богатство Индии. Народ, не раз показавший, что он сильнее объединенных сил Запада, сейчас обессилен и покорен. Так можно ли представить себе, что все это будет поставлено под удар из-за того, в каком квадратике кто-то из нас нарисует галочку? Да за такие ценности мировые войны ведут, а не галочки рисуют! Когда-то Франция и Германия воевали из-за Саарского угольного бассейна. А у нас сейчас такие же ценности прилипают к чьим-то рукам, и об этом сообщается мимоходом, тремя строчками в последних известиях, да не на первом месте.