Газета Завтра 332 (15 2000)

Валентин Чикин. Да, алгебраически это обозначить можно. Но вряд ли очевидны и осязаемы контуры всех трех фрагментов. В СПС-яблочном союзе с избыточным числом крапленых лидеров ничего прочного — все пересыпается, как в песочных часах, да и вообще их скрепляет только возникающая вдруг опасность. Левое движение, Народно-патриотический союз явно нуждаются в основательном ремонте и тщательном “техосмотре”. “Медведь-Единство” — это пока что собирательный образ, для партии власти сменивший прежние символы. Я бы не говорил о консолидации “медвежьих” сил на выборах, которые крутились вокруг губернаторских стержней. Мне думается, что главную роль сыграли не “медвежатники”, а ельцинская номенклатура. Та, которая была еще в “Нашем доме” у Черномырдина. Которую пытались оседлать “Отечеством”, и на первых порах это блестяще сделали Лужков с Примаковым. Вот эта номенклатура — не губернаторы только, а вся прикормленная режимом администрация от Кремля до Чукотки — подставила свои плечи и обеспечила ельцинско-путинскую смену. Могла быть ельцинско-лужковская смена. Но тут битву акул вчистую выиграла кремлевская “семья”. Последовали не выборы, не политическое состязание, а мафиозно-номенклатурный захват власти. Даже на Уолл-стрите признают: в России государственная бюрократия навязывает народу подобранного ею человека посредством проведения тяжелой рукой выборов... Какие уж тут фрагменты!..

Интересно, что в принципе при такой схеме, которая была определена, досрочный уход Ельцина, внедрение на властную функцию нелегитимной фигуры Путина с полным объемом гигантских полномочий — обеспечивался приход к власти этой фигуры. Думаю, они сами понимали, что в принципе можно было бы победить и в нормальных условиях. Но это требовало честного труда, и возникала опасность риска. Они не решились на нормальное политическое состязание. Испугались, во-первых, того, что оппозиция дышит в затылок. А во-вторых, номенклатура не хотела нормальных выборов, ей нужно было “замазать” ельцинского наследника, сделать его соучастником своей политической “чернухи”, чтобы он не возникал потом, когда князьки теми же методами будут обеспечивать себе место под солнцем. Если четыре года назад олигархи демонстративно сторговывались и сговаривались с предводителями режима, то теперь состоялся негласный сговор — обеспечить победу наследнику Ельцина всеми средствами и с первого же захода.

А. П. Прости, победа всеми средствами не является победой. Надо учесть, что в 1996 году запускались примерно те же средства, что теперь. Там тоже была война, шельмование, угрозы целым слоям. Срезали под эту сурдинку нацкапиталистов Коржакова и Сосковца. Но в итоге, победив, они тогда вытащили на поверхность рыхлую дохлую власть. Это была квазипобеда, потому что те запущенные технологии, повторяю, были сырые, несовершенные.

На этот раз все эти средства сработали, мы об этом еще поговорим. Но я все-таки настаиваю, что новая манипуляционная машина и технология, которая позволила этой демократии реализовать итоги выборов, сложилась как данность, как целостность.

В.Ч. Думаю, она не совсем сложилась, но сильно упрочилась. Вот механизм зомбирования, технология политической мясорубки в средствах массовой информации отработаны. Как лихо действуют телевизионные диспетчеры, режиссеры, ведущие! Выстроить сетку времени, заблокировать неугодных, просочетать диспутантов, умело заключить, подстраховаться промывочным материалом... Тьма приемов. И всегда в запасе — просто оболгать, не дав возможности ложь опровергнуть. Короче, зомби-кухня работает на всех парах.

Что же касается организационной схемы, она у “демократов” весьма ломкая. Кое-где уже ловко внедряется политическая анастезия, но в основном обеспечивается успех за счет костоломных методов. Есть “черные зоны”, гарантирующие перевес. Татария, Башкирия, Дагестан и в целом регионы Северного Кавказа, Саратов, Курск... Оттуда идут немолчный избирательский стон и проклятия. Как бы там ни было, но здесь, в “черной зоне”, обеспечивается нужное преимущество.

Знаешь, в окружении Путина рассказывают перелицованный анекдот. Помощник докладывает и.о.: “Владимир Владимирович, есть две новости. Одна очень плохая, другая хорошая”. — “Начинай с плохой”. — “Зюганов на выборах получил 75 процентов”. И.о. хватается за голову: “Ну а хорошая?” — “Избирком посчитал — у вас 76 процентов!”