Газета Завтра 348 (31 2000)

Под этими заголовками в российской прессе появились отчеты с исторического заседания Совета Федерации, которое состоялось 26 июля. Очередная административная реформа в России завершилась. Завершилась на сей раз без таскания бояр за бороды, без рубки их голов, без пальбы из танков в центре столицы. Драки за сохранение Совета Федерации как важнейшего центра власти не случилось потому, что власть на федеральном уровне члены СФ не брали. Им ее дали. Как дали мирно, так с миром и отобрали.

Я был на первом заседании Совета Федерации в январе 1994 года. Тогда места в верхней палате парламента разыгрывались на выборах, а не доставались по должности руководителям субъектов Федерации. Такой порядок формирования СФ новая ельцинская Конституция предусматривала как временный — на два года. Но начальники территорий в абсолютном большинстве своем не пожелали ждать этих двух лет и дружно рванули избираться в верхнюю палату. Удача улыбнулась далеко не всем из них. Но тем не менее свыше половины мандатов в Совете Федерации образца 1994 года оказалось в руках провинциальных начальников. И когда это выяснилось, то стала и ясна суть их отношений с Центром.

На пост председателя верхней палаты в январе 94-го Кремль выдвинул своего кандидата. Но поскольку им был главный герой криминальных рукописей из чемоданов Руцкого — Владимир Шумейко, то с его избранием возникла заминка. На первом голосовании Шумейко не добрал один голос, на втором — пять. Кресло председателя Совета Федерации светило нелояльному к Кремлю директору химкомбината из Красноярска Петру Романову. Но ему оно не досталось. На второй день заседания СФ Шумейко уже получил на 12 голосов больше, чем было надо. Что же произошло за ночь? Ответ на этот вопрос можно было найти в самом любимом тогда печатном органе Ельцина — "Московском комсомольце": "Сенаторы были мрачны, вероятно, от недосыпу. Всю ночь президентская команда работала с теми, кто не голосовал за Шумейко. Злые языки шептали, что провинциалы выторговывали у Ельцина лишние кредиты и льготы для своих регионов".

Торг удался, и не Романов, а Шумейко сел в председательское кресло. Начальники территорий, и когда их избирали в Совет Федерации, и когда они стали получать мандаты членов СФ вместе с должностями, собирались на заседания верхней палаты парламента не для свершения необходимой стране политики, а для приспособления политики Кремля под сиюминутные интересы вверенных им территорий и, соответственно, под свои личные интересы.

Все шесть последних лет Совет Федерации как центр власти был зависим от Кремля, ибо зависим от него был каждый начальник территории в отдельности. И потому верхняя палата парламента не только ни на градус не изменила социально-экономический курс Кремля, но и в отличие от нижней палаты — Госдумы — не пыталась это сделать. Но при всем том вторая половина девяностых — это время процветания не только вскормленных Кремлем олигархов, но и начальников территорий.

Политика Ельцина не имела и не могла иметь опоры в народе. Народ осознанно и неосознанно противился его политике и Ельцину — дабы усидеть в Кремле, нужна была административная опора в провинциях. И он ее себе создал в лице начальников территорий, дав им неограниченную свободу действий, в том числе и свободу воровать. Ельцин помог начальникам стать владыками территорий, а они помогли ему сохранить власть, закрыв глаза на мерзопакость его политики и подавив сопротивление ей на местах.

Дарованная начальникам неограниченная свобода была настолько соблазнительна, что даже те политики, которые получали власть в провинциях при помощи оппозиционных Ельцину сил, тут же теряли свою оппозиционность и из так называемых "красных" губернаторов превращались в деполитизированных хозяйственников.

В ходе президентских выборов 2000 года ни один из начальников территории не выступил с обращением голосовать против преемника Ельцина — Владимира Путина. Начальников устраивал Ельцин, их устраивала его политика, и они славно поработали на избрание Путина, рассчитывая увидеть в нем второе издание Ельцина. Поддержка владык территорий необходима была Путину в ходе избирательной кампании, но она оказалась ему ненужной после выборов. У Путина есть популярность, и, стало быть, у него нет потребности в административной опоре на заевшихся владык территорий. Так чего ради ему надо по-прежнему заигрывать с ними и сохранять им парламентскую неприкосновенность?

Новый порядок формирования Совета Федерации — это попытка Кремля заставить начальников территорий отказаться властвовать всласть и начать работать. Понятных обществу моральных аргументов против этого у начальников не нашлось, и они капитулировали по-тихому, не кусаясь, как капитулируют трутни, когда их выставляют из улья. Время безбоязненного жирения на политике, похоже, кончается.

Николай АНИСИН

Здоровая семья - невролог москва 5 , услуги невролога.

Александр Брежнев ЛОПНУВШИЙ ЗАГОВОР