Газета Завтра 348 (31 2000)

Мало того, оказалось, что история все-таки кое-чему учит. Генетическая чиновничья память, многовековой политический опыт через черную кожу кресел, через сукно рабочих столов передались губернаторам и подсказали трагическую для них догму. Всегда и везде центральная власть побеждала региональные фронды, лиги и боярские союзы. Первобытная память рисовала губернаторам надетые на колья забора головы вождей племен во дворе африканского короля, синюшные лица герцогов и князей, выпучивших глаза, отведав яда с королевского стола. В глазах мельтешили собачьи головы на седлах царских опричников и чекисты с пистолетами в длинных и глухих коридорах.

Само собой сделали свое дело и компромат, десять лет копившийся на стеллажах следственных органов, и подкуп, и посулы безоблачной карьеры. Все подобные обещания, сыпавшиеся из Кремля принимались безоговорочно. Говорят, Строеву и Лужкову в ночь на голосование сената по путинским законам позвонил по телефону Ужас Летящий На Крыльях Ночи. Шепнул что-то, дыхнул могильным холодом, до смерти перепугал этих самых влиятельных сенаторов. Так сильно напугал, что наутро они оказались в числе самых активных сторонников президентских законопроектов и долго потом вздрагивали, если ночью вдруг звонил телефон.

Лишь подтверждали самые страшные предчувствия губернаторов жуткие тенденции выхода из-под их контроля большинства региональных ресурсов. УВД, УФСБ и региональные прокуратуры все больше освобождались от влияния местных властей, все сильнее привязывались к центральному руководству, выдаваемая довольно регулярно зарплата военным освобождала части и соединения от необходимости обращаться за помощью правителям областей и республик.

Пожалуй, самое главное, что население не воспринимало губернаторов, как своих. Видело в них, в первую очередь, чиновников, бюрократов, кого угодно, только не Мининых и Пожарских, чтобы броситься за них на баррикады. "Страшно далеки они от народа", и народ наблюдал бы за схваткой регионов с центром, как за очередной грязной сварой.

В итоге, губернаторы были заведомо лишены поддержки населения, милиции, армии и всех прочих силовых структур, брошены западом в Окинаве, не успели договориться между собой. Губернаторы были вынуждены, хотя бы временно, признать свое поражение, без сколько-нибудь серьезного сопротивления сдать свои позиции наступающему на них Кремлю и ждать. Ждать возможности либо встроиться в новую систему, либо при первом же удобном случае нанести обидчику неотразимый удар и отыграться с лихвой за позор капитуляции.

Александр БРЕЖНЕВ

Владислав Смоленцев БУНТ ОБРЕЧЕННЫХ

Историки утверждают, что в сенате Древнего Рима существовал, среди прочих, и такой страшный обычай. Когда противоречия и вражда в сенате достигали своего апогея и могли парализовать его работу, несколько самых влиятельных олигархов составляли списки своих врагов. Потом эти списки совместно редактировались, и каждый мог чье-то имя в чужом перечне вычеркнуть. Затем составлялся общий список — "проскрипция", и оставшиеся в нем сенаторы и аристократы в один из ближайших дней просто безжалостно уничтожались.

Нечто похожее произошло в Совете Федерации России, когда через него прошли президентские указы о новом порядке формирования верхней палаты парламента. Только в проскрипционные списки попали все сенаторы сразу.

Конечно, когда пройдет первая контузия, возникнет реакция отторжения, обреченные сенаторы кинутся в свой последний бой.

Но сегодня многие эксперты задаются вопросом: а есть ли у нынешних "приговоренных" сенаторов хоть какие-то шансы на реванш или хотя бы просто варианты "отмщения" за путинскую "проскрипцию"?

Разумеется, в ближайшее время можно ожидать запроса в Конституционный суд о законности этих указов. И можно не сомневаться, что такой запрос последует. Но маловероятно, что исход этого процесса будет удовлетворительным для истцов.

Куда более широкое поле для "мести" предоставляет губернаторам сама их деятельность в Совете, связанная с утверждением указов и законов. И здесь уж возможны самые разные варианты: от "замыливания" законов, любых затягиваний и проволочек до откровенного саботажа — провала этих проектов, накладывания на них вето.

Другим инструментом сенаторской мести может стать обваленная налоговая политика. Не секрет, что сегодня сенаторы фактически лично определяют, кто и в каком объеме должен платить налоги, и они же являются главными "контролерами" и "гарантами" сборов этих налогов и поступлений их в центр. Поэтому вполне возможны действия уязвленных сенаторов, направленные на развал и "торпедирование" таких схем. Достаточно лишь намекнуть своим преданным "нукерам" — и собираемость налогов может резко упасть. А это весьма болезненно ударит по всей путинской экономической реформе.