Газета Завтра 349 (32 2000)

А.П. В 1917 году произошел страшный мировоззренческий конфликт. Так просто этот конфликт не может быть завершен. Даже когда в Кремль пришли оголтелые либералы и разрушители державы во главе с Ельциным, вокруг общего врага не удалось тесно сплотить все силы оппозиции. Было лишь хрупкое взаимодействие. Это онтологический разрыв. И пока живы носители красной идеологии: такие, как Бушин,— и носители белой идеологии: такие, как Бородин, Михаил Назаров,— этот конфликт на личностном уровне, а значит, и на онтологическом, будет сохраняться. Но красное поколение уходит, и то белое — старомодно оппозиционное, монархо-православное — тоже уходит. Я думаю, следующее поколение все расставит на свои места — Федор Михайлович Достоевский является православным русским националистом. И он является откровенным социалистом, даже коммунистом в защите маленького человека. ("Униженные и оскорбленные"). Сейчас весь русский народ унижен — и вся Россия, и каждый человек в частности. Защита униженного и оскорбленного — это чисто социалистическая задача. Что может быть сейчас насущнее — спасать умирающее население? А поскольку у народа, кроме задачи хорошо жить и рожать молодое здоровое поколение, есть всегда и духовное, мистическое, православное начало, то будет востребовано в культуре и оно. В следующем поколении, надеюсь, эти все образующие культуру идеи сольются. Он, этот новый художник, будет и красным в той мере, каким был Достоевский, он будет и белым в той степени, в какой Достоевский был хранителем государства и был наполнен христианским пафосом.

В.Б. Значит, для того, чтобы двинуться дальше, нам нужен новый национальный гений, никак не ниже Пушкина или Достоевского? Который бы объединил все животворные тенденции в одно национальное русло...

А.П. А может быть, это будет коллективный национальный русский гений. Новая могучая кучка в музыке, поэзии, живописи, ваянии, архитектуре, кино. Он будет возможен только тогда, когда будет изжит этот страшный змий либерализма, который прополз в Кремль. Русская культура тогда и выйдет из своей катакомбы, израненная, оскверненная, изрезанная, с худыми ребрами и с горящими глазами. Она и создаст новую национальную идею. Новую культуру третьего тысячелетия!

В.Б. Но в фундаменте ее будут и работы твоего поколения: стихи Юрия Кузнецова, проза твоя и Личутина, драматургия Вампилова. Тебе уже за шестьдесят. Ты в постоянной работе. Только за последнее время ты написал "Чеченский блюз", "Красно-коричневый" и самый последний роман, который только что завершен, "Идущие в ночи". Ты считаешь, что ты был востребован как художник? Сумел ли ты отразить свое время?