Газета Завтра 362 (45 2000)

Найденные нами колеи оказались "теми самыми", но проходимость их оставляла желать лучшего. Забрав сухпай, ушли вперед два сапера прозванивать миноискателями дорогу, в таких местах "береженого Бог бережет", а мы еще даже не добрались до места. Позавтракав, мы двинулись в путь, то и дело наш вездеход останавливался и мы пробивали себе путь при помощи топоров и бензопилы, временами мы продвигались по километру в час.

Наш "старичок" кряхтел, перегревался и ежеминутно грозил "разуться", а потерять гусеницу в этой чаще — катастрофа. То и дело кто-то соскакивал с "брони" и с кувалдой в руках загонял в гусянку ослабшие пальцы. Все чаще и чаще стали попадаться ржавые "сувениры" от ребят саперов, ушедших вперед, чтобы прочистить нам путь. Загнутый в дугу немецкий карабин с остатками приклада откопал прямо в колее, а вот одна за другой три наших каски развешаны на деревьях, а через километр с десяток паковских снарядов тускло блестят боками, заботливо выложенные на пнях, чтобы не просмотреть. И снова визг пилы, медленно, но неуклонно, мы движемся к цели. Все чаще попадаются залитые водой блиндажи, спирали проржавевшей колючей проволоки. На сгнивших столбах и каски, по одной и по нескольку они разбросаны везде, наши, русские, и гораздо реже немецкие.

Наконец мы на месте. Мы давно планировали восстановить блиндаж под жилье. Жилище понадежнее палатки, да и подолговечнее.

Огромный насыпной блиндаж немецкой постройки — он подойдет нам вполне. Три дня мы выкидывали землю, но, судя по находкам, эти позиции переходили из рук в руки не раз. Срубив деревья с вершины и сняв дерн (разогнав по пути семейство змей), мы углублялись слой за слоем. И каждый из них ставил нас в тупик. Известно, что земля постепенно выдавливает металл на поверхность, из опыта поисковой работы я знаю, что корни растений могут смешать скелет человека в невообразимую кашу.

Находка первая — французская чернильница, прозрачная склянка кубической формы с медным колпачком. Дело ясное — блиндаж немецкий, и точка. Наши в полевых условиях чернильницы не употребляли, тем более французские, скорее, карандаши. Далее труба печки, раскапываем весь угол, чугунная печка с надписью. Круги замечательной сохранки (да и что ей сделается в песчаной почве). Возле печи две Люсинские винтовки! Потом достаточно крупный сгоревший участок (песок местами оплавлен в слюду, стекло). В этом квадратике гвозди, на них бамбуковые лыжные палочки и каска немецкого десантника. В общем, ребус, не считая мелочи.

Срубили стены, парк, подняли повыше крышу, не война, все же. В дело сгодились гвозди и скобы, выкопанные неподалеку. (Крыша была перекрыта армированным целлофаном, он был куплен загодя). Сегодня уснем под крышей. Исправно гудит германская печь, топим ее докрасна. Изо всех углов ползут гадские змеи. Обосновали костровую поляну, кухню. Итак, стоянка оборудована. Мы начинаем поиск.

Я один из операторов, и в моих ушах постоянно стоит фон, такого количества металла я не встречал давно. Очень много верхового железа. Временами кажется — нет смысла в миноискателе. Поднимай дерн ковром — так проще. Сигнал следует за сигналом. Ручные гранаты, пулеметные диски исчисляю сотнями. Обыкновенная процедура, в лагере осталось двое дежурных, остальные делятся на группы и уходят в свободный поиск. Все до безобразия просто, мы встали где-то на южной окраине этих болот, а посему первые 2-3 дня будем знакомиться с этими местами, бродя вокруг да около, не отлучаясь от стоянки более километра. Уж слишком похожи эти поляны друг на друга. Запоминаем ориентиры, приметы, потеряться здесь несложно.

В моей группе угрюмый Леша, ленинградец, с опытом работы лет в 10, и вездесущий Анатолий Медведев, наш всеобщий любимец (кстати, представитель нашего филиала в Киришах), ребята "за глаза" называют его Толик-Лось, вряд ли кто сравнится с его умением ходить по этим лесам. Первый день поиска не приносит нам ничего.

Мы бродим где-то в тыловых частях, находим огромную печь для санобработки одежды высотой более 2 м, не находя главного. Возвращаясь, на одной из полян нашли груду (в прямом смысле этого слова) русских касок, их было не менее 500. Пробитые и ржавые, они возвышались мрачным памятником на фоне осеннего леса. Кто принес их сюда?

Первый поисковый день всех остальных групп был богат ржавыми находками, но не более того. Брошенные противогазы, карабин, пулеметные станины, штык-ножи и ленты разнообразных систем и стволов, — железом эти леса были богаты.