Где ты, великий зодчий?

Где ты, великий зодчий?

Александр Проханов

Русское государство, взрастая столетиями, наращивало свою великолепную крону, распускало ввысь и вширь свои ветви, и каждый свой взлёт оно отмечает великолепными распускающимися на древе цветами. Это памятники, дающие наименование эпохам, знаменующие победы, переселения, творения великих художников, философов, деяния полководцев и государственных мужей. Время проходит, и лица этих людей забываются, умолкают их голоса. Но остаются памятники — эти каменные цветы истории.

Первое русское государство, первая империя — Киевско-Новгородская Русь — запечатлела себя в двух великих архитектурных шедеврах: Софии Киевской и Софии Новгородской. Две эти белокаменные Софии перекликаются, протягивают друг другу руки через великие пространства от Волхова до Днепра, несут в себе солнечный образ народившегося русского чуда — первого государства российского.

Вторая империя — Московское царство, простёршее свою длань до Тихого океана, — запечатлелось в дивном храме Василия Блаженного, что на Красной площади. Государство Ивана Грозного утвердило себя на пространстве десяти часовых поясов, одолело врагов, соединило Россию в незыблемый монолит и отразило свой триумф в небывалом храме, в котором просиял образ русского рая — огромная клумба райских цветов, небесная, немеркнущая красота, что жила в сердцах созидателей великого царства.

Третья империя — романовская, петербургская — воздвигла памятником себе небывалый город на берегах Невы, краше которого нет ничего на земле. Город дворцов и храмов, студёных вод и негаснущих зорь. Петровский век в этом граде — это Медный всадник, простирающий руку в безбрежную даль, в русскую бесконечность, куда стремится Россия. Александрийский век — век Кутузова и Пушкина, век белоснежных колоннад и ослепительных проспектов, запечатлён в Исаакиевском соборе, сопернике соборов Святого Петра и Святого Павла. Исаакий сияет среди лесов и болот своим золотым куполом, словно над русской землёй пролетела вещая птица и отложила золотое яйцо. И последний, завершающий империю, Кронштадский собор, освящённый в романовское 300-летие, похожий на громадную гору со сверкающим белым ледником, в котором искрится негасимое злато. Этот собор был поставлен на краю исторической бездны, куда обвалилась Россия и канула в подвале дома Ипатьева.

Четвёртая империя — красная, сталинская, взлёт советского возрождения. В грохоте тысяч заводов, в рокоте тракторов, в победоносном марше спортивных и военных колонн молодое государство Советов называло себя весной человечества. Памятник ему — мухинская стальная скульптура "Рабочий и колхозница": прекрасные, как ангелы, несущие в мир благую весть. Шедевр, которому нет равных среди великих изваяний и памятников.

Чудовищная война с её кромешными жертвами, с великим стоицизмом, со священной победой, перед которой меркнут другие победы мира. Памятниками этой победе служат три священных горы: Мамаев Курган в Сталинграде, Саур-Могила в Донбассе, Сапун-гора в Севастополе. Три горы, политые кровью, набитые сталью, гудящие стонами и молитвами умирающих, — эти три победных горы как три великих храма под открытым небом, которыми красная империя Сталина демонстрирует своё вселенское торжество.

Эпоха перестройки — великого разорения и упадка, измельчания мысли, извращения чувств, эта эпоха оставила свои памятники. Статуя Михаила Шемякина возле Петропавловской крепости. Царь-уродец с головой микроцефала, отвратительный выкидыш — таким увидел Петра враг государства Российского, решив, что этим памятником он разбивает на осколки Медного всадника. Смешной чижик-пыжик на набережной Фонтанки да смехотворный нос — вот монументы девяностых годов, в которых отразилась эта несчастная и убогая эпоха, забывшая о величии, красоте и бессмертии.

Теперь же, когда из чёрного безвременья вновь восходит государство российское — пятая империя, одолевает тлен, унылое безверие, злой скептицизм и ядовитый сарказм, сегодня государство вновь обнаруживает свою бесконечную силу, своё бессмертие. И оно заслуживает, чтобы ему воздвигли памятник. Этим памятником, знаменующим новую эру, связанную с путинским правлением, может стать монумент воссоединения с Крымом. Это грандиозное действо, из которого вырастает всё русское будущее, наши грядущие свершения и неизбежная русская победа. Пусть над этим памятником трудятся самые талантливые, самые прозорливые зодчие и скульпторы, пусть в нём найдёт отражение стихия российской истории: победные схватки и одоление тьмы. Пусть в этом монументе отразится боль и доброта, наша великая культура и непобедимое оружие. В этом монументе все народы нашей державы произнесут своё вещее слово, которое никогда не умолкнет.

Мы живём в большую эпоху, которая заслуживает большого стиля — ещё одного каменного цветка восхитительной русской истории. Где ты, великий зодчий?

На полях боя

На полях боя

Александр Проханов

к юбилею главы издательства «Ad Marginem»