Газета Завтра 434 (12 2002)

Само собрание состоялось в мраморном зале на втором этаже и заняло только час. В зале, который Общество одолжило на время посольству, висело четыре портрета Хусейна. В президиуме сидела Сажи Умалатова. Я с ней встретился позже, когда она уходила, и так и не определил, из норки ли у нее шуба. В своем выступлении она вспомнила Горбачева и о том, как сказала ему о наших обязательствах перед Ираком. 16 января, в 16 часов 35 минут на каком-то приеме. Дата была произнесена. Горбачев будто бы сказал "Американцы победили, Саддам разбит". Это после войны с Кувейтом. Вот тогда-то Умалатова и напомнила первому президенту СССР об обязательствах нашей страны. Дальше в выступлении Умалатовой была такая сентенция: "Где теперь Горбачев, а вот Саддам Хусейн — он правит и ведет свой народ, окруженный народной любовью".

В выступлении посла Ирака, перевод которого раздали, есть такие цифры: "…общий бомбовой груз, сброшенный на Ирак только за 43 дня агрессии, аналогичен 141 961 тонне взрывчатки, что равно 7 атомным бомбам типа сброшенной американцами на Хиросиму". Речь и атмосфера моего детства. Потом выступил посол Палестины. Он говорил о двух стандартах ООН, о тех резолюциях Совета Безопасности, которые выполняются, когда надо притеснить Палестину, и которые не выполняются, когда Израиль должен уйти с оккупированных территорий. Это тоже из решений ООН. Оглядываясь на большое число присутствующих людей из других посольств, моих соотечественников, иракцев, прижившихся в Москве, я подумал, что многим из них не очень много дела до Ирака, но все пришли, потому что возмущены поведением Америки и Израиля.

19 января, суббота, 12-й день отпуска. Утром уехал на дачу. Несмотря на свою "Ниву", к участку не пробился, машину оставил возле дома сторожа и по снежной целине тащил сумки с едой. Долли лениво скакала по снежной целине. Одно утешно: удивительная тишина, отсутствие телевизора и белый, незамутненный, провинциальный снег. Отчетливо чувствуется, что промышленность не работает. Кстати, здесь неподалеку под Малоярославцем находятся какие-то предприятия, в которых что-то и, видимо, немалое, принадлежит сыну Черномырдина. С чувством глубокого удовлетворения услышал недавно в одной из передач по телевидению упоминание его и дочери другого магната Рема Вяхирева в связи с очередными нефтяными скандалами. Радостно, что этих присвояльщиков наконец-то выводят на чистую воду. По крайней мере они живут в атмосфере тревоги. Удобную нашли форму — через детей, через наследников. Они будут лежать в сандаловых гробах, в мраморных саркофагах, а наследники — вершить нищую жизнь народа. Они стали богатыми и еще желают носить, как знамя, хорошую репутацию. Нынешнему поколению богатых людей общество вправе отказать в звании порядочных. Богатство можно было составить только путем махинаций и присвоения общенародной собственности. В лучшем случае лишь ко временам внуков что-либо забудется в наше памятливое время. Когда я читал о временах, последовавших после Французской революции у Бальзака, я удивлялся этому бесстыдству присвоения и полагал, что ни в какое другое время подобное повториться не может. Неужели общество ничему не может научиться?

На даче принялся читать вторую часть десятого номера "Нового мира". Все же лучший и самый современный раздел здесь не художественный, а который непосредственно ведет сам главный редактор А.В. Василевский, — критика и библиография. Вместе с А.В. солирует здесь и мой знакомец Серг. Костырко. Редакция мастерски показывает не только общие абрисы нашей книжной и литературной жизни, но и выдает очень точные "кусочки". Дело уже каждого над этими кусочками поразмышлять или пройти, а незримый комментарий витает над всем этим разделом. Выписываю две цитаты.

Из только что опубликованных дневников Аркадия Первенцева. Говорят, покойный мой какой-то родственник. Стр. 234. "Я думаю, что именно в это время в народе появилось исчезнувшее после революции чувство антисемитизма: большинство этих директоров и начальников в предвоенное время были евреями". Тогда-то, видимо, что-то на свой кавказский ус намотал и Сталин.

Вторая цитата связана с нашим преподавателем и студенческим любимцем Сергеем Федякиным. Он пишет книгу о Рахманинове и, видимо, начал печатать из нее отрывки. Я не могу понять, печатая цитату "Н.М." ухмыляется над автором или я что-то недопонимаю?

"Симфонические танцы" (1940) Сергея Рахманинова как провидение (ударение на первое "И" -С.Е.) будущего. Одно из самых страшных (музыкальных) произведений ХХ века подводит к черной вопрошающей немоте. Но в этом обрыве — смутная и неясная надежда, как во всяком многоточии". Стр.238, " Н.М", 10.

20 января, воскресенье, 13-й день отпуска. Вернулся домой в пять. Достал из почтового ящика газету. На первой странице одной из самых больших и ответственных газет в России, как экстренная политическая новость, аншлаг:

"Мерседес" Жванецкого найден".