Газета Завтра 52 (1257 2017)

Елизавета ПАШКОВА.Тенденцию прикрывать либерализм чем-то иным мы тоже можем найти на страницах имковских изданий. Ведь и "коммунофашизм" Бердяев противопоставлял вовсе не индивидуализму и либерализму. Он писал, что употреблять слово "индивидуализм" как-то уже не очень прилично, поскольку в Европе люди каждый день ощущают на себе Великую депрессию, когда этот индивидуализм, доведённый до крайности, приводит к неимоверным человеческим страданиям. Поэтому Бердяев считал, что нужно назвать это всё персонализмом и делать упор на человеческой личности, на свободе. "Апостол свободы" Бердяев писал, что ни при Гитлере, ни при Сталине нет свободы мысли и слова, а значит, эти режимы тождественны, и их необходимо отрицать во имя персонализма…

Андрей ФЕФЕЛОВ. …отрицающего любые групповые стратегии, которые только и могут привести к каким-то результатам. Поскольку всё остальное ведет к антирезультату — к поражению. По сути дела, Солженицын — это пророк поражения России.

Конечно, я могу сказать, что на каждый памятник Солженицыну мы ответим тремя памятниками Ивану Грозному. Но, к сожалению, эти памятники Ивану Грозному возникают под великим давлением общества снизу, а Солженицына нам навязывают сверху, его ставят, как шахматного ферзя.

Елизавета ПАШКОВА.Нелюбовь к Московской Руси, к Ивану Грозному — это тоже одна из концепций в изданиях ИМКА. И Бердяев, и Федотов сравнивали сталинизм с Московской Русью только в отрицательных коннотациях. Для них эпоха Ивана Грозного — это почти то же самое, что сталинизм, фашизм, нацизм в один ряд. "Вестник РСХД" и до войны, и после неё неуклонно вёл эту линию "тиранов, тоталитарных диктаторов": Ленин, Сталин, Гитлер, Мао. Связка этих имён — "людей с больной психикой — вождей тоталитаризма" — крутилась в разных статьях из десятилетия в десятилетие. Что, собственно, мы видим и сегодня.