Газета Завтра 787 (51 2008)

Агентурные донесения Службы безопасности «День»

Шамиль Султанов ЦАРЬ НАРОДНЫЙ Архетипы, мифы, будущее

ПОЧЕМУ ДЕСЯТКИ МИЛЛИОНОВ советских людей в тридцатые годы открыто и искренне поддерживали внутреннюю политику Сталина, в том числе и широкомасштабные репрессии против т.н. "врагов народа"? Почему не было массовых социально-политических выступлений против сталинской репрессивной политики? Почему представители бывшей "ленинской гвардии" во время открытых судебных процессов 1937-38 годов соглашались практически со всеми предъявленными, даже самыми абсурдными, казалось бы, обвинениями, вполне отдавая себе отчет в том, что в любом случае будут расстреляны? Почему маршал Тухачевский сразу же признался в организации "военного заговора" и собственноручно на 143-х страницах подробно, четким почерком, в деталях описал этот заговор? Почему именно в 1937-м году, во время т.н. "большого террора", Исаак Дунаевский написал вдохновенную песню "Широка страна моя родная", сразу ставшую своего рода народным гимном Советского Союза? Почему Молотов и Калинин продолжали работать в высшем политическом руководстве СССР, рядом со Сталиным, в то время как их жены оказались в лагерях, осужденные на длительные сроки? Почему Святослав Рихтер, отец которого был расстрелян, был награжден Сталинской премией и с благодарностью получил её? Почему?..

Говорят, кто-то: то ли Молотов, то ли Калинин, - всё же однажды решился прийти к Сталину просить за свою супругу. "Вождь народов" ответил приблизительно так: "А ты зачем ко мне явился? Её осудил советский суд, обращайся туда. У меня самого есть репрессированные родственники".

Самый распространенный ответ - страх, люди боялись, и поэтому… Во-первых, трудно представить себе "подавленного страхом" Дунаевского, "дрожащей рукой" выводящего партитуру своей знаменитой, проникнутой вдохновляющим оптимизмом песни. Во-вторых, народ, переживший мировую войну, трагедию революции, страшную гражданскую войну, ужасы голода и политические качели 20-х годов, вряд ли можно назвать массовым сборищем трусов.

…Летом 1928 года в промышленных центрах Советского Союза вспыхнул острый продовольственный кризис. Несмотря на хорошие урожаи последних лет, в крупные города вползало отчаяние массового голода. Генеральный секретарь ВКП(б) И.В.Сталин поехал в многомесячную поездку по стране, чтобы убедить крестьян продавать хлеб для голодающих рабочих.

В Красноярском крае государственная делегация из Москвы направилась на юг, в одно из наиболее зажиточных и многолюдных сел. Сталин сам выступил на импровизированном митинге. Он говорил о пухнущих от голода детях, об их родителях, которые за станками теряли сознание, говорил о том, что стране нужен хлеб, чтобы выжить… От имени высшей власти он просил хлеба.

Сотни крепких сельчан, собравшихся послушать "нового красного царя", шумно лузгали семечки и открыто посмеивались над странной, с сильным акцентом, речью невысокого грузина. Когда Сталин закончил говорить, один из местных богатых и авторитетных мужиков, сплюнув шелуху от подсолнечника под ноги генсеку, громко сказал: "Вот лично тебе, рябой, я пшеничку дам. Целых четыре мешка! Ты вот только того, спляши здесь сейчас…"

СЕГОДНЯ В СТРАНЕ мирно сосуществуют две группы мифов о Сталине. Первая: либеральная, коммунистическая, патриотическая, технократическая и т.д., - имеет функциональный характер. Использование мифа подчинено конкретным политическим целям: мобилизации своих сторонников среди населения и правящего политического класса, оправданию принимаемых решений, как своего рода "черная метка", посылаемая оппонентам, и т.д.

Вторая группа мифов, как это ни парадоксально, создана самим Сталиным. Собственно, это даже не мифы о Сталине, а стержневые, системные понятия, позднее публично и целостно отраженные в знаменитом "Кратком очерке истории ВКП(б)". Но все они, так или иначе, связаны с "вождем народов". С этой точки зрения, Сталин по-прежнему "живее всех живых". Идеологи первой группы продолжают использовать эти мифы, со знаком плюс или минус, именно в связи с именем Сталина.

Например, такое ключевое понятие, как "народ". Определения "великий", "героический", "авангард исторического процесса" и т.д. в отношении советского народа сформулировал именно Сталин. Во внутрипартийных дискуссиях 20-х годов такого пафоса в отношении народа практически не было. И эти многозначные коннотации используются вплоть до сегодняшнего дня и либералами, и коммунистами, и патриотами, и непримиримыми врагами "вождя народов".

Другой миф, созданный Сталиным и до сих пор господствующий в культуре и общественном сознании - "партия большевиков - величайшая, могущественная сила, совершившая революцию и управлявшая в советском обществе всем и вся". На самом деле такого никогда не было, тем более сразу после захвата власти в октябре 1917 года.