Газета Завтра 922 (29 2011)

Кроме того, вы сможете передать средства в помощь политзаключенным из рук в руки при встрече с соратниками РОД-Центр, в Москве, 21 и 22 июля, с 18.00 до 21.00 в кафе «Шоколадница» у выхода из метро «Третьяковская».

24 июля, Правая Лига при поддержке Русского Общественного Движения проводит акцию в помощь русским политзаключенным. Акция пройдет возле Дорогомиловского суда, где судят "черных ястребов", по адресу: м. Кутузовская, ул. Студенческая, д. 36, с 11 до 15 часов. Каждому, кто пожертвует средства в помощь русским политзаключенным, будет вручен памятный подарок.

РУССКИЙ! ПОМОГИ РУССКИМ УЗНИКАМ!

Предлагаем российские стальные двери недорого с гарантией качества.

Анастасия Белокурова -- Армагеддон-попс

"Меланхолия" (Melancholia, Дания, 2011, режиссер — Ларс фон Триер, в ролях — Кирстен Данст, Шарлотта Гинзбур, Кифер Сазерленд, Стеллан Скарсгард, Александр Скарсгард, Шарлотта Рэмплинг).

Показ фильма-катастрофы — в прямом смысле этого слова — под названием "Меланхолия", созданного Ларсом фон Триером, вызвал на ММКФ настоящее столпотворение. Охрана блокировала двери и запускала в зал представителей столичной элиты, журналистской братвы и гостей столицы лишь отдельными порциями. Человеческое стадо безвольно топталось в очередях, вожделея взглянуть на конец света глазами режиссёра, который — благодаря сонму поклонников-критиков — давно слывёт главным оракулом современности. Нормальный человек в такой ситуации рисковал преисполниться меланхолией ещё до начала просмотра.

Конец света не заставил себя долго ждать — зелёная планета взорвалась сразу после начальных титров. Явив попутно сны героини, сотворённые в худших традициях Андрея Тарковского: ожившая живопись вперемешку с глянцевыми стоп-кадрами слащавых открыточных красот моментально настроила зрителя на нужный лад. Но история Триера, как всем уже давно известно, берёт своё начало за несколько дней до катастрофы.

Неуравновешенная работница рекламной индустрии Жюстина (Кирстен Данст) безуспешно пытается изображать счастье на собственной свадьбе. Казалось бы, всё хорошо. Или — по крайней мере — благопристойно. Но роскошный особняк с лужайками и полем для гольфа, традиционный праздник с тортом и танцами, устроенный для Жюстины ее старшей сестрой Клер (Шарлотта Генсбур) вызывают у героини чувство обострённой меланхолии. Поиграв для приличия в примерную девочку, Жюстина быстро слетает с катушек и творит вещи, нездоровые с точки зрения обывателя. Писает в лунку для гольфа, многозначительно глядя на звёзды. Принимает ванну в разгар торжества. Совокупляется на газоне со случайным гостем. Обижает ни в чём неповинного жениха. Режет правду-матку в лицо своему боссу. Непонятно, как такую Жюстину вообще удалось затащить под венец. Постепенно свадьба превращается в тихий ужас. Приглашённые персоны во главе с растерянным женихом покидают место действия.

Весь этот буржуазный балаган в духе недавнего фильма "Рэйчел выходит замуж" решен в привычной для Триера манере съёмки ручной камерой, резко контрастирующей с красочным безмолвием слайд-шоу, иллюстрирующим внутреннее состояние героини.

Вторая глава "Меланхолии" показана глазами Клер, старшей сестры Жюстины. В ход идёт уже не дёргающаяся камера, но длинные планы в стиле живописных полотен известных мастеров. Что-то вроде оживших картин Жана-Франсуа Милле. Или вторично — по отношению к Тарковскому — появляющегося в прологе Брейгеля. В этих классических декорациях загородного упадничества Клер долго ухаживает за спятившей сестрой. Но узнав о том, что к Земле движется планета Меланхолия и столкновение — несмотря на заверения ученых — неизбежно, сама впадает в душевный коллапс. А Жюстина, наоборот, успокаивается и с олимпийским спокойствием ждёт наступления Армагеддона. Встретят они его в шалаше, очевидно символизирующем отказ от благ цивилизации перед лицом наступающей катастрофы.

Кинооператор, журналист и большой патриот Борис Гришин сразу после просмотра предложил снять римейк описанных выше событий: "На планету Земля надвигается вдруг, откуда ни возьмись, взявшаяся, планета Эйфория — там живут счастливые люди. Земле, на которой вечно все несчастны, скоро гитлеркапут". Здравая идея — зрелище было бы намного веселее. Пока же музыка Вагнера навязчиво сопровождает вольные вариации на темы Туве Янссон и де Сада. Задаёт тон, превращает Жюстину в Изольду. И наоборот.