Газета Завтра 933 (40 2011)

— Раньше мы не имели никаких религиозных прав. Нам не разрешали проводить наши собрания и траурные церемонии, коллективные молитвы, строить шиитские мечети. Но затем американцы дали нашим властям указание, чтобы те прекратили преследовать нас по религиозным мотивам и пресекали лишь шиитскую политическую активность. Это хитрый ход, потому что в случае религиозной дискриминации мы можем воспользоваться статусом преследуемого конфессионального меньшинства — ведь официально, повторю, наша численность занижена.

С другой стороны, и сейчас, если человек придет в мечеть и станет совершать молитву по шиитскому обряду, смотрители мечети и сотрудники службы безопасности тут же вмешаются, отнимут мохур — кусочек глины, который шииты по обычаю пророка Мухаммада подкладывают под лоб во время земного поклона, разобьют его. То есть на уровне повседневной практики дискриминация сохраняется.

— Насколько активно бахрейнские сунниты участвуют в выступлениях оппозиции и поддерживают вас?

— Бахрейнских суннитов можно разделить на две группы. Первая — те, кто одурманен правительственной пропагандой. Ведь наши СМИ постоянно транслируют выступления ваххабитских авторитетов, внушающих, что шииты — не мусульмане. Но есть и другие сунниты, которые не верят этой пропаганде, ибо десятилетиями жили бок о бок с шиитами, дружат с нами семьями, знают нас еще с пеленок. Это честные люди, они сочувствуют нам. Пример — суннитские врачи, дававшие интервью на камеру в фильме "Выстрелы в ночи", снятом "Аль-Джазирой". Однако потом на этих суннитов оказывают такое жесткое полицейское давление, что они быстро ломаются и в нашу поддержку высказываться перестают.

Владимир Бондаренко -- «Палёная» литература

Сначала я просто хотел отмахнуться от этой встречи: ну, встретились коммерческие авторы в рамках книгоиздательского съезда с действующим премьер-министром, — и ладно. Но звонит Александр Проханов из Пскова: "Володя, будем отмечать эту встречу? Всё-таки, литературное событие". А что там отмечать? Миллионные гонорары королей бульварного рынка? Они к литературе никакого отношения не имеют, как "палёная" водка — к виноделию. Затесался в толпу бизнес-беллетристов один серьёзный писатель — Захар Прилепин, но и тот свои острые вопросы задавал не на литературные темы. Очаровательная Алиса Ганиева как бы вносила во встречу необходимый сегодня кавказский колорит, но, скорее всего, представляла уже издателей или авторов, пишущих на литературные темы, а не писателей.

Впрочем, в список "королей" книжного рынка Захар Прилепин попал не случайно. Его тиражи сейчас и на самом деле близки к тиражам Лукьяненко или Минаева. Вполне допускаю, что отбор участников встречи происходил прежде всего по уровню их "тиражности". Тогда понятно, почему в одном ряду оказались Захар Прилепин, Сергей Минаев, Михаил Веллер, Сергей Лукьяненко, Дарья Донцова, Татьяна Устинова, Александра Маринина, Павел Санаев, — их собственно литературные таланты были совсем ни при чём…

Впрочем, размах встречи и её резонанс оказались такими, что оставить без внимания эту встречу невозможно, — тем более, что во всех средствах массовой информации все её участники оказались мгновенно переименованы в "ведущих писателей России", и это лично на меня произвело самое шоковое впечатление. Верх и низ перевернули. Чёрное стало белым. Бахтинский карнавал...

Одно дело, если бы на встрече присутствовали тот же Захар Прилепин — и Дмитрий Быков, Сергей Гандлевский и Евгений Семичев, Владимир Маканин и Владимир Личутин, Алексей Иванов и Сергей Чупринин, Марина Струкова и Юрий Поляков, Александр Илличевский и Михаил Шишкин, Александр Проханов и Анатолий Ким, Глеб Горбовский и Александр Кушнер, Виктор Пелевин и Владимир Сорокин, в конце концов: писатели самых разных взглядов и направлений, определяющие состояние всей современной русской литературы. Тогда можно было бы говорить о повороте в культурной политике страны, о каком-то начинающемся духовном подъёме государства.

А когда в качестве ведущих писателей всея Руси нам нагло предлагают борзописцев, успешных авторов фэнтези и уличных карманных детективов, типа Устиновой или Минаева, когда и книги их выставлены в первые ряды всех книжных магазинов, а буквально на следующий день после встречи Татьяна Устинова и Дарья Донцова не слезают с телеэкрана, — меня от такой подмены начинает тошнить. Вот они — наши нынешние Белинские и Гоголи! Вот кого несут сегодня с базара — и прямо в приёмную Владимира Путина!

Дарья Донцова даже упрекнула премьер-министра, что он на съезде книгоиздателей недостаточно комплиментарно высказался о "лёгком чтиве". "За нами миллионы читателей", — сказала Донцова, уточнив, что тиражи каждого из этих авторов ежемесячно составляют 1,2 млн. экземпляров.