Газета Завтра 947 (4 2013)

Возвращаясь к необходимым мерам, поговорим о градостроительной политике. Если мы хотим, чтобы появлялись детишки, необходимо пространство для жизни. Я думаю, что не сильно ошибусь, если скажу, что в современных мегаполисах — в частности в Москве, области — люди воспроизводятся, размножаются скорее вопреки жизненным условия, нежели благодаря им. Загнанные в эти бетонные коробки еще с советских времен, мы продолжаем жить как подневольные. Кстати, лично я избавился от этой привычки — переехал за город. Очевидно, что любой семье, которая хочет размножаться, жить более-менее благополучно, по крайней мере, свободно, необходим собственный участок. Хотя бы земли и, естественно, малоэтажный дом.

Если мы реализуем такую стратегию малоэтажного строительства, мы еще и рассредоточим население по нашей большой, но, к сожалению, слабозаселенной территории. Еще Менделеев прогнозировал, что будет 580 миллионов человек к 2000 году. Он говорил, что даже тогда земля, в общем, будет недонаселена. Сейчас вообще ужасная вещь — в спальных районах Москвы у нас получается до 200 тысяч человек на км?, в китайском приграничье — менее одного человека на км?.

Можно говорить и о проектировании жилья. Сегодня, если посмотреть на планы обычной девушки, — детей в них нет. Есть мнение, что необходимо изменить сам архитектурный тренд, где были бы просторные квартиры, и семье хотелось бы её заселять, наполнять. Но это опять-таки возможно только в малоэтажных поселениях. Я думаю, что для молодых семей важно менять само социальное окружение.

Государство говорит и предлагает, и даже что-то делает в плане выделения участков многодетным семьям, но — с рождения третьего ребенка. Замечательно, но нельзя, чтобы многодетные семьи консервировались в каких-то отдельных поселениях. Туда обязательно надо подселять к ним — это я уже так фантазирую — молодые пары, у которых еще не сформировались установки, находясь в этом позитивном окружении — эта практика показывает, я это лично видел по соседям-священникам, по соседям многих многодетных людей, когда они оказываются в таком окружении, плотном кольце — они тоже меняют свои репродуктивные установки. Принципиально важно, что-то делать с такими явлениями, как разводы, внебрачное сожительство, беспорядочные половые связи.

Можно говорить и о проектировании жилья. Сегодня, если посмотреть на планы обычной девушки, — детей в них нет. Есть мнение, что необходимо изменить сам архитектурный тренд, где были бы просторные квартиры, и семье хотелось бы её заселять, наполнять. Но это опять-таки возможно только в малоэтажных поселениях. Я думаю, что для молодых семей важно менять само социальное окружение.

Государство говорит и предлагает, и даже что-то делает в плане выделения участков многодетным семьям, но — с рождения третьего ребенка. Замечательно, но нельзя, чтобы многодетные семьи консервировались в каких-то отдельных поселениях. Туда обязательно надо подселять к ним — это я уже так фантазирую — молодые пары, у которых еще не сформировались установки, находясь в этом позитивном окружении — эта практика показывает, я это лично видел по соседям-священникам, по соседям многих многодетных людей, когда они оказываются в таком окружении, плотном кольце — они тоже меняют свои репродуктивные установки. Принципиально важно, что-то делать с такими явлениями, как разводы, внебрачное сожительство, беспорядочные половые связи.

Был неплохой прецедент — община старообрядцев из Боливии попыталась переехать в Россию. Представляете насколько это ценное приобретение в свете обсуждаемой проблематики? Заранее ориентированные на многодетность, по определению не склонные к криминалу, стремящиеся не в Москву, как все остальные, а в сельскую местность, поднимать сельское хозяйство. И что? Не дали гражданство! Люди просто не смогли себя банально почувствовать людьми. Уехали, сказали: "Мы пока что всех наших предупредим, чтобы в Россию пока не ехали".

Колоссальный резерв соотечественников не едет только по этой причине. Потому что, во-первых, негде жить, а во-вторых, не дают гражданство. Дом — это базовая потребность. Чувство патриотизма — оно не на пустом месте возникает. Оно вырастает из чувства дома.

Важен и такой сегмент, как здравоохранение, конкретно часть этой системы, она называется родовспоможение. Хотя родовспоможением там и не пахнет, там скорее фиксируется хроника детоистребления — это я об абортах. Россия, к сожалению, лидер по этому показателю. Пока мы не решим эту, может быть, даже главную российскую проблему, причем на конституционном уровне, как это сделано в свое время Ирландии, в Венгрии, в Чехии.

И здесь я бы говорил не в критической терминологии запрета на аборты, я бы говорил о праве на жизнь нерожденного ребенка. Необходимо, чтобы в России перестали запрещать рождение.