Гектор и секреты любви

Гектор был с ним согласен, однако к этому моменту его начала интересовать этнология другого народа. После перебродившего рисового сусла, которым их угостил вождь, личики Мико и Шизуру разрумянились, как у двух подгулявших гейш. Чтобы объяснить свое присутствие в краю нья-доа, они рассказали, что крупная организация по спасению окружающей среды отправила их для изучения условий жизни орангутангов в этом регионе. Звучало не слишком правдоподобно (потому что в таких организациях одни и те же сотрудники редко занимаются одновременно и разрушающимися храмами, и животными, находящимися под угрозой исчезновения), однако, поскольку в Азии нужно всегда проявлять вежливость, давая человеку возможность сохранить лицо, Гектор, Жан-Марсель и профессор Корморан сделали вид, будто поверили Мико и Шизуру. Сами девушки сделали вид, что верят, будто им верят. Мужчины же притворились, будто они верят, что те верят, будто им верят. Ну и так далее. Впрочем, японочки чувствовали себя не слишком комфортно.

Сквозь пары алкоголя Гектор разглядел сверкающий в ухе Мико фиолетовый камушек. И вспомнил, что ровно такой же видел в Шанхае, в ухе молодого Лю. Восток полон тайн, подумал он, потому что накатывавшая усталость мешала ему формулировать оригинальные мысли. Тем не менее в глубине души он уже все понял, и это доказывает, что перебродившее рисовое сусло не сумело справиться с его мощным интеллектом.

Однако позже вождь Ньяр вышел из дома и вернулся с двумя бутылками, которые казались посланницами иных времен. На выцветшей этикетке с краями, иззубренными многочисленными поколениями насекомых, можно было различить улыбавшуюся местную девушку в остроконечной шляпе, а под ней надпись: Compagnie générale des alcools du Siam et du Tonkin[23].

— Чум-чум! — воскликнул Ньяр, широко улыбаясь.

— О-ля-ля! Что сейчас будет! — произнес Жан-Марсель.

Гектор и восход солнца

Гектор проснулся на рассвете. Из другого конца комнаты доносился густой храп Жан-Марселя.

Вайла спала, повернувшись в профиль, словно решила принять новую позу для скульптора, который в ее сне дарил ей бессмертие на стене храма.

Было прохладно. Он постарался не шуметь, доставая лестницу, и осторожно спустился — у лестниц нья-доа единственная стойка по центру, так что горе неуклюжему!

Он заметил нескольких женщин, уже работавших на рисовом поле, над которым висели клочья утреннего тумана. Другие женщины пряли на пороге своих домов. Маленькие дети занимались сбором рисовой шелухи. Мужчин пока не было видно. Профессор Корморан объяснил, что нья-доа пьют алкоголь только по традиционным праздникам, но Гектор не сомневался, что последних в их календаре немало.

Он направился к дому, где поселились Мико и Шизуру. Лестница уже была спущена, и он бесшумно поднялся по ней. И услышал шепот: говорили по-японски, по крайней мере так ему показалось.

Стоя у огромных рюкзаков, маленькие японки явно готовились уходить. Они вздрогнули, заметив Гектора, и были еще больше удивлены, когда он поздоровался, назвав их Лу и Ву. Девушки переглянулись. Гектор сразу понял, что Шизуру, та, что, как считалось, не знает английского, в действительности начальница Мико.

Гектор решил успокоить девушек и пообещал рассказать им много интересного, если они в свою очередь объяснят, кто они на самом деле. А поскольку он и сам о многом догадался, такая сделка выгодна в первую очередь им.

Он сел на пол, как они, по-турецки (ему было неудобно, но он не хотел стоять перед ними, словно проситель) и слушал Шизуру, которая, как выяснилось, говорила на отличном кембриджском английском (знаток, возможно, уточнил бы, что она училась в тамошнем Эммануэль-колледже). Она объяснила, что они действительно работают в крупной неправительственной организации по защите природы, и это чистая правда. Их организация интересуется исследованиями профессора Корморана, потому что полученные результаты могут помочь размножению и увеличению численности исчезающих животных видов или тех зверей, которых содержат в неволе, как панды из Шанхайского зоопарка. Тем более что их организация выбрала в качестве эмблемы изображение этого симпатичного зверька.

Гектор ответил, что все это очень интересно, но если ему будут продолжать рассказывать сказки, то он и сам сможет предложить не менее захватывающие истории. Кроме того, по его предположениям, самым интересным для Мико и Шизуру является такой исчезающий вид, как японский младенец. И добавил, что если ему не говорят правду, то он и сам склонен ее избегать.

Мико и Шизуру снова молча посовещались, и на этот раз ответила Мико: ладно-ладно, возможно, его слова о японском младенце в какой-то мере соответствуют истине. Население Японии опасно стареет, одна из причин в том, что молодые женщины рожают все меньше детей, тем более что многие из них вообще остаются незамужними.