Ген человечности - 2

Перекатился, оттолкнулся этой же рукой, морщась от боли. Трижды выстрелил на звук, в то место, откуда бил автомат, перекатился, выстрелил еще несколько раз, целясь ниже, под днище машины. Противник прятался за вторым джипом, за моторным отсеком — моторный отсек укрывал от пуль, но его можно было зацепить на рикошетах или попасть в ногу. Болевой шок и выведение из строя на пару минут при этом — гарантированы…

На несколько мгновений замер, прислушиваясь, готовясь снова уходить от огня, стрелять в ответ, стараясь вычислить из окружающих меня звуков — какого-то потрескивания в лежащем на боку в придорожной канаве пикапа, мерного капанья чего-то на асфальт тот самый, который известит меня о надвигающейся опасности… Но ничего такого не было.

И фонаря у меня тоже не было. А подойти ближе — значит рискнуть получить пулю.

А не подойти ближе — значит, топать несколько миль пешком, в том числе — через ночной город с одержимыми. И времени на то, чтобы принять решение очень и очень немного Надо решаться.

Стараясь не шуметь, поднялся с асфальта, начал обходить обездвиженные машины с другой стороны, с той стороны, за которой прятались стрелявшие в меня люди. Эта сторона — самая безопасная, если они ранены, то не смогут перебраться на другую сторону, а если не ранены и поджидают меня — то я замечу движение. Надеюсь, что замечу…

Луны не было, светили только звезды, и весь мир представлял собой мешанину оттенков черного и серого. Черным выделялись силуэты машин на дороге, видимые благодаря далекому отсвету из походного лагеря общины. Антрацитно-черным был асфальт и на его фоне чуть светлее были силуэты лежащих на нем людей. Ни один не двигался…

Держа наизготовку пистолет — для ближнего боя он разворотистее и удобнее длинного пулемета, а это очень важно, я осторожно пошел вперед — по правую руку была придорожная канава, в которую я готов был скатиться при любой опасности.

Силуэты людей, в темноте выглядевшие как бесформенные кучи чего-то серого на фоне черного асфальта не двигались.

Машина — старый Форд Экспедишн, с заглушенным двигателем, погасшими фарами и разбитыми пулями стеклами. То что нужно, но при одном условии — если не поврежден двигатель. Если поврежден, то …печально.

У моторного отсека труп. Или тяжелораненый — настолько тяжело, что когда я коснулся его ногой, он никак не отреагировал. Наверняка, тот самый, последний, что в меня стрелял, больше некому. Остальные трое лежат посреди дороги. Выстрелить бы в него — но патронов и так мало, а выстрел меня демаскирует и можно в ту же секунду получить пулю в ответ. Разбираться с ним у меня не было ни времени, ни желания — угрозы не представляет и ладно…

Перебросил пистолет в левую руку, правой потянул ручку водительской двери, замок открылся с едва слышным щелчком. Потянул дверь на себя, уже видя, что в салоне кто-то есть. Палец на спусковом крючке почти выбрал весь свободный ход…

Еще один — куда попала пуля не видно из-за темноты. Держа одной рукой пистолет, проверил пульс на сонной артерии — мертвее некуда. Кровью в салоне пахнет, как на бойне. Второй на заднем сидении, признаков жизни не подает…

Преодолевая отвращение, выпихнул из машины сначала один труп, потом другой. Провел рукой сначала по сидению, потом по рулю — и то и другое были мокрыми и противно липкими. Выбирать не приходится — нам лишь бы доехать, потом и постираемся и помоемся в реке, если живы останемся. Сунулся под ступицу руля, наощупь проверил положение рычага коробки передач — Drive, все нормально. Пошарил рукой чуть ниже — пальцы нащупали ключ, торчащий в замке зажигания. Кто-то заглушил мотор и погасил фары, когда водитель был уже мертв — видимо тот самый «общинник», что лежит сейчас у переднего крыла внедорожника.

Черт… Вот ведь свинство. Вокруг одержимые — а мы, оставшиеся в живых люди, друг друга уничтожаем… Только бы завелась, зараза…

Дверь оставил открытой — если (маловероятно, но все же) топливопровод перебит, то в ответ на поворот ключа в замке зажигания машина может и вспыхнуть. Тогда — успею выскочить. Затаив дыхание, повернул ключ в замке зажигания и — о чудо! — мотор сначала чихнул, будто пробуждаясь ото сна, а потом ровно заурчал на низких оборотах… Выскочил… Теперь бы — только быстрее добраться…

Порт-Аллен, Луизиана29 июня 2010 года

— Стоп! Свои! Свои!!! — Конрой едва сдержал палец на спусковом крючке.

— Какого хрена?

— Мы за вами шли!

— Опознаться нельзя было нормально?! Сейчас бы друг друга…

Как получилось… — ганнери-сержант Виктор Морелли опустил винтовку, сделал тем, что стоял за ним в вестибюле знак «чисто» — лучше скажи, это вы сейчас из РПГ стреляли?

— Там вертолет. Нас только что обстреляли.

— Ушел вертолет. Запас топлива у него тоже — не вечный. Только что по связи передали — около склада подстрелили еще один такой же вертолет. Приказано — организовать наблюдательные посты на самых высоких зданиях, готовиться к обороне.

— К обороне от кого?