Генеалогия московского купечества XVIII в. (Из истории формирования русской буржуазии)

Значительные изменения происходили и среди самого первогильдейского купечества, связанные с процессом его становления. Если в первую четверть века своего существования количественное представительство московских купцов 1-й гильдии было очень велико и достигало, по данным окладной книги 1748 г., 382 фамилий, то в последующем их число сокращалось. По окладным сказкам 1766 и 1767 гг. оно составляло 235 семей, а начиная со второй половины 70-х годов, т. е. с введения вместо подушной подати однопроцентного сбора 2*, и вплоть до конца XVIII в. колебалось в пределах 110 3*. Внутри этой группы еще происходили определенные передвижения, одни вступали в 1-ю гильдию, другие выходили из нее, но в целом именно эта часть московского купечества стала носителем основных правовых привилегий, которые получила верхушка купеческого сословия по «Грамоте городам» 1785 г.

В основном привилегии эти касались торгово-промышленной деятельности купечества. Вместе со 2-й гильдией первогильдейские купцы разделили право на внутренний оптовый и розничный торг, на заведение фабрик и заводов, были освобождены от казенных служб. Но первогильдейцы имели и важные преимущества – им «дозволялось» производить торг не только внутри, но и «вне империи», они могли «выписывать и отпускать товары за море, продавать их, выменивать, покупать оптом и подробно», им разрешалось поэтому иметь морские суда, тогда как членам 2-й гильдии – только речные. Кроме того, купцы 1-й гильдии пользовались преимущественным правом и при получении казенных подрядов и откупов. Правда, по «Грамоте городам» это разрешалось всем записавшимся в гильдейское купечество, но 1-я гильдия здесь была вне конкуренции, поскольку при раздаче казенных подрядов и откупов велено было «чинить доверие по мере объявления капитала» 4*.

С введением «Жалованной грамоты городам» 1785 г. высшее купечество вынуждено было расстаться с мечтами о приобретении чинов, ношении шпаги, которые предполагались «Планом о выгодах и должностях купечества и мещанства» 1775 г. 5*. Единственным внешним отличием первогильдейских купцов было то, что им разрешалось ездить по городу в карете парою, тогда как купцам 2-й гильдии – коляской парою 6*. Значительный имущественный ценз (не ниже 5 тыс. руб.) предоставлял право на занятие выборных должностей в городских сословных учреждениях купцам 1-й и 2-й гильдий. Но и здесь действовал принцип. «Кто более объявит капитала, тому дается место пред тем, кто менее объявит капитала». Не случайно должности городских голов в Москве занимали исключительно богатейшие московские купцы: Д. Д. Мещанинов (с 1782 по 1786 г.), С. Д. Ситников (1786-1789 гг.), М. П. Губин (1789-1792 гг.), A. И. Долгов (1792-1795 гг.), В. Я- Жигарев (1795-1798 гг.), B. Е. Емельянов (1798-1799 гг.). Определенное предпочтение «места» более капиталистым купцам принципиально отражало сложившуюся уже в XVIII в. практику занятия служб в магистратских должностях. Слободские старосты, например, избирались исключительно из 2-й гильдии, а магистратские бургомистры и ратманы – из первогильдейских купцов 7*.

Таким образом, «вместо прежнего покровительства замкнутым высшим разрядам купечества (гости и гостиная сотня) правительство все более внедряет принцип разделения городского населения по имущественному состоянию с предоставлением привилегий его наиболее зажиточной верхушке» 8*. Обращение к первогильдейскому купечеству поэтому позволяет исследовать характер формирования и развития не только богатейшей, но и привилегированной части купеческого сословия. Вопрос, однако, в том, какой контингент купцов 1-й гильдии следует избрать объектом изучения. Мы уже обращали внимание на значительную подвижность состава первогильдейского купечества. Важно отметить, что изменения эти носили не только количественный характер, приводя к общему сокращению числа купцов 1-й гильдии к концу XVIII в., но имели и качественную сторону. Она выражалась в резком обновлении состава первогильдейцев. Из 382 фамилий московских купцов, состоявших в 1748 г. в 1-й гильдии, лишь 26 сохранили свое положение в последние два десятилетия XVIII в., причем 11 из них перешли в низшие разряды уже в 80-х годах. Из 235 родов, числившихся первогильдейцами по окладным сказкам 1766-1767 гг., только 10 сумели сохранить свое звание к концу века (еще трое утратили его в 80-х годах). Таким образом, на 137 купеческих фамилий (а именно такое количество насчитывается среди московских первогильдейских купцов в период 1782-1801 гг. 9*) приходилось 100 с лишним новых, т. е. таких, которые вступили в 1-ю гильдию уже после введения «Жалованной грамоты городам» 1785 г. Поэтому можно смело говорить о том, что укреплению правовых привилегий первогильдейского купечества, выраженному законодательством о городах 80-х годов XVIII в., соответствовало последующее формирование этой высшей группы торгово-промышленного населения с массовым вытеснением прежних первогильдейских родов.