Генеалогия московского купечества XVIII в. (Из истории формирования русской буржуазии)

59* Там же. Л. 56-57, 70, 119, 172-173.

60* Там же. Л. 142, 158.

61* Там же. Л. 9-10, 51-52, 139, 145.

62* Там же. Л. 138.

63* Там же. Л. 137.

64* Там же. Л. 136.

65* Там же. Л. 133.

66* Там же. Л. 124.

67* Там же. Л. 122.

68* Там же. Л. 100, 118.

69* Там же. Л. 43-44, 97.

70* Там же. Л. 88-89.

71* Там же. Л. 18.

72* Там же. Л. 8-9.

73* Там же. Л. 5, 19.

74* Там же. Л. 14.

75* Там же. Л. 86.

76* Там же. Л. 81.

77* Там же. Л. 40, 57-58.

78* Там же. Л. 48.

79* Там же. Л. 41.

80* Там же. Л. 28.

Заключение

Изучение генеалогии московского купечества XVIII в. приводит нас к выводу о периодической смене составов высших групп третьего сословия. В течение изучаемого времени наблюдается три этапа с ярко выраженной тенденцией обновления составов ведущих разрядов московского купечества. Два из них непосредственно приходятся на XVIII в., третий характеризует начало XIX в. В первой четверти XVIII в. в результате петровских преобразований, искусственно, меркантилистским путем насаждавших новые формы торговли и промышленности, была решена судьба самой могущественной в течение всей предыдущей истории России части торгово-промышленного населения – гостей и гостиной сотни. Ослабленные многочисленными поборами, лишенные привилегий потомки некогда сильных родов оказались не в состоянии вести борьбу со вновь учрежденным в 20-х годах гильдейским купечеством, которое занимает ведущее положение в экономике. Судьбы большинства представителей старинных родов гостей и гостиной сотни можно оценить как неуклонную профессиональную деградацию старого феодального купечества.

Второе обновление произошло в период городских реформ 1775-1785 гг. Оно отражало смену 1-й гильдии петровского образца, характеризуя «естественный отбор» на пути превращения купца в буржуа, соответствующий развитию капиталистических отношений России в последней трети XVIII в. Суть процесса яснее всего выступает при изучении особенностей формирования и развития 1-й гильдии Москвы конца XVIII в. и именитого купечества. Одна из особенностей тесно связана с источниками формирования. Несмотря на все усилия, государство в XVIII в. не в состоянии было оградить купеческую среду (в том числе ее высшие разряды) от проникновения в нее элементов из других городов и низших сословий. Массовые перемещения различных слоев населения России активно воздействовали на состав городского населения 1*, и это служило серьезным фактором становления капиталистических отношений. С одной стороны, таким путем создавался определенный резерв свободной рабочей силы. С другой стороны, для складывания собственно буржуазии это имело то значение, что стимулировало прогрессирующую роль субъективных мотивов, главным образом предпринимательских способностей. Высшие разряды купечества Москвы конца XVIII в. сформировались главным образом за счет приезжих безвестных купцов, разночинцев, крестьян, которые смогли «выбиться в люди» только за счет своих способностей и беспощадной конкурентной борьбы. В этом проявлялось одно из существенных условий развития буржуазных отношений и становления купца капиталистического типа – возможность относительно свободного проявления активной предприимчивости. Не случайно наибольшие успехи в рассмотренных фамилиях «прибылых» первогильдейцев мы наблюдаем в первом поколении, менее всего связанном достатком и самоуспокоенностью достигнутым. Характерен и тот факт, что в начале XIX в., когда происходил значительный упадок 1-й гильдии конца XVIII в., свой статус первогильдейцев сохранили роды наиболее молодые и наиболее деятельные.

Непосредственно вопрос о характере становления буржуазии можно разрешить, изучая превращение купца-торговца в купца- промышленника. Исследование генеалогии родов 1-й гильдии показывает, что эта тенденция твердо обозначилась во второй половине и в особенности к концу XVIII в. В общей сложности среди всех изучаемых первогильдейцев свыше трети были владельцами фабрик и заводов. В свою очередь, однако, почти половину (43%) этого состава представляли роды, чье благополучие в XVIII в. было самым тесным образом связано с абсолютизмом и крепостничеством: они пользовались привилегиями и материальной поддержкой (в виде беспроцентных ссуд) государства, имели в своих руках большие оборотные средства и дополнительные доходы от государственных откупов и подрядов, а главное, основывали производство на принудительном труде приписных и крепостных крестьян (см. Приложение 1). Кроме того, существенную роль в их деятельности играла торговля, объектом которой было не только и не столько то, что производилось на принадлежавших им фабриках, а самый разнообразный круг товаров. Т. е., превращаясь в промышленников, московские купцы выполняли и чисто феодальную, торговую функцию. Исключение составляет небольшая часть промышленников, деятельность которых приходится на последнюю треть XVIII в., и это показывает, что становление среди московского первогильдейского купечества буржуа в узком смысле только началось в это время, хотя темпы этого процесса были довольно высоки.