Генерал-предатель

Они проделали путь, по меньшей мере, в десять километров по плантациям. Гаунт задумался, сколько же тысяч квадратных километров центрального региона было заражено чуждыми культурами. Команда сторонилась других опрыскивателей на ходулях, и того, что издали казалось работающими механическими сборщиками урожая.

Лиферинг был уже менее, чем в получасе. Он был похож на большое старое поселение с величественными каменными зданиями. Как только они будут достаточно близко, разведчики проведут быструю разведку и решат, как попасть внутрь.

Дороги уже были совершенно переполнены машинами, в основном транспортами и грузовиками, так что они придерживались живой изгороди, выходя на открытое пространство только по необходимости. Во время последнего привала в молодом лесу таликсовых деревьев, когда солнце было жарким и высоким, Гаунт сел рядом с Керт.— Как дела?

— Сегодня? Лучше. Совершенно не чувствую себя переутомленной.

— Думаю, что я тоже, — сказал Гаунт. Он отпил воды из фляги. — Ты ушла.

— Куда я ушла? — спросила она.

— Ты ушла. Этим утром.

— О чем фес тебя ты говоришь? — спросила она. — Ты что опять был на солнце без шапочки?

— Не бери в голову, — сказал Гаунт. Он решил, что нет смысла напирать, когда Керт была настолько уязвима и предрасположена к переменам настроения. Он поднялся на ноги.

— Идем, — позвал он. — Давайте сделаем это.

XXV

Трое экскувиторов брели по двору, длинные стволы их наклоненных лонг-лазов покачивались.

Они обменялись несколькими словами, затем повернулись прямо к воротам арки и исчезли на украшенной флагами улице, идущей в сторону коммерции.

Бонин подождал, пока они не ушли, затем выскользнул из теней, перебежал через двор и пригнулся за высокой кипой пачек с бумагой. Некоторые бумажки торчали наружу, и Бонин вытащил одну и прочитал. Это была грубо отпечатанная брошюра, поощряющая «граждан Посредничества» стать новообращенными и обратиться в верующих. Бонин затолкал ее туда, где нашел.

В Лиферинге наступил ранний вечер, и на улице начало мерцать освещение, хотя сами улицы все еще были достаточно загруженными. Еще час, и прозвучит сигнал о начале комендантского часа, приказывающий дневным разрешенным разойтись по домам. С выгодной позиции за сложенными брошюрами с пропагандой, у Бонина был хороший обзор на заднюю часть двора. Большое оуслитовое здание слева от него использовалось, как полицейский участок Оккупационных войск. Перед ним была большая активность солдат, а на главной дороге стояла линия припаркованных полугусеничников.

Этот маленький двор, окруженный высокой каменной стеной, располагался позади здания.

Здесь было несколько небольших пристроек, крыша одной из которых была уставлена вокс-мачтами и антеннами.

Никого в поле видимости. А так же никаких мерзких сюрпризов в виде глюфов. Чтобы проникнуть в город им пришлось миновать виселицы проволочных волков на окраинах города, и, по меньшей мере, один раз они видели мерцание глюфа позади ближайшего ряда зданий. Его вид заставил Фейгора трястись.

Но в этом маленьком дворе было достаточно пусто.

Бонин подал сигнал.

Макколл и Маквеннер залезли на стену, спрыгнули и прошли к дальней стороне двора к Бонину. Все трое вытащили свои автоматические пистолеты с глушителями.

Пока Бонин прикрывал двор, водя оружием из стороны в сторону, Макколл и Маквеннер подошли к пристройке с забитой мачтами крыше. Маквеннер прикрывал Макколла, пока он, пригнувшись, заходил внутрь.

Тридцать пять секунд спустя он вышел и сказал, что все чисто.

Бонин кивнул и включил свою микро-бусину.

— Серебро, — сказал он.

Внезапно дверь, выходящая во двор сзади основного здания, открылась. Макколл с Маквеннером скользнули в дверной проем пристройки, а Бонин бросился в тени вдоль внешней стены. Вышел сирдар в униформе, сопровождаемый младшим офицером и четырьмя экскувиторами, и начал идти по двору.

— Брагг! Брагг! — зашипел Бонин.

В тенях аллеи на дальней стороне дворовой стены Гаунт внимательно вслушивался в свой наушник.

— Бонин? Брагг или серебро? Что из этого?

Длинная пауза.

— Бонин?

— Брагг, — пришел шепот.

Роун и Белтайн были готовы перелезть через стену.

— Стойте, — сказал Гаунт. — Не чисто.

— Я слышал Бо сказал «серебро», — сказал Роун.

— Ну, он изменил свое мнение, — сказал Гаунт.

— Я все равно иду, — сказал Роун, делая жест Варлу, чтобы он сложил руки и подсадил его. — Иначе мы проторчим тут всю ночь.

— Ты что не можешь контролировать своих людей? — прошипела Кёрк.

— До сих пор этому не было никаких доказательств, — ответил Гаунт.

— Серебро. Серебро! — позвал Бонин.

— Ясно, вперед, — сказал Гаунт.

Сирдар и его эскорт ушли через ворота. Бонин просигналил снова, и Роун с Белтайном появились на стене и соскользнули во двор. Они побежали к Бонину, который показал им на пристройку, где Маквеннер ждал в дверях.