Генерал-предатель

— Ты была великолепна, — сказал Варл. — Заговорила этих ублюдков. Ты родилась лгуньей, или это пришло само по себе?

— Мы даже еще не начали, солдат, — сказала Кёрк.

— Ага, но это были острые ощущения. Я бы расцеловал тебя.

— Не надо, — сказала она.

Варл все равно это сделал.

Кёрк улыбнулась. — Идем, — сказала она, и постучала кулаком по стенке позади них.

В контейнере транспортника на крюках висели окровавленные туши, а самые лучшие вырезки мяса лежали на поддонах, обернутые в бумагу. Воздух вонял кровью.

Гаунт услышал стук.

— Приготовиться, — сказал он Призракам. Они поднялись, собирая снаряжение, и выстроились в линию в сторону задних дверей.

— Все нормально? — спросил Гаунт Ландерсона.

Боец ячейки нес новенький ручной пулемет, который ему дали люди Нота.

— Сэр, — сказал он. — Я бы хотел поблагодарить вас за то, что вы позволили мне...

Гаунт приложил палец к губам. — Ты зашел слишком далеко, и было бы невежливо оставить тебя позади, Мистер Ландерсон.

Гаунт посмотрел на Эзру ап Нихта, еще одного гостя в их отряде. Гаунт не хотел вовлекать в это партизана, но было невозможно отговорить Лунатика оставаться рядом с Гаунтом. Во время путешествия через центральный регион Гаунт и Маквеннер провели много времени, осторожно объясняя Эзре, что было поставлено на кон и что ожидалось от него.

— Открываю двери, — сказал Макколл.

— Давай, — ответил Гаунт.

Большие двери грузовика со скрипом открылись, и Призраки выпрыгнули в темноту один за другим.

Гаунт был последним. Пригибаясь, они присоединились к Кёрк и Варлу, и поспешили вперед в темноте между припаркованными транспортами и стеной двора.

Потребовалась большая часть дня, чтобы добраться до окраин бастиона из Лиферинга.

Людям Нота удалось это. Они воспользовались повозками витталеров, и прокрались через центральный регион к городку под названием Горнелл, расположенному в предгорье крепостного массива. Здесь, местная ячейка, под руководством женщины, которую называли Молотильщик, встретила их. Поработав с деталями, которые отправил ей Нот по сети подполья, Молотильщик проработала схему пути в бастион для отряда. Контакт ячейки на одной из скотобоен Гереона в последнюю минуту доложил о приказе на грокса, пришедший из бастиона, и поэтому для его доставки был приготовлен грузовик.

С этого момента они были сами по себе.

Вжимаясь с тени стены, укрытые своими камуфляжными плащами, Призраки шли по направлению к ярко освещенным входам на кухни. Швейцары гремели тележками с едой, и они могли слышать крики приказов и разговоры. Запах тепла и готовки наполнил холодный горный воздух.

Макколл с Маквеннером шли недалеко впереди. Они проверили один вход, подняв руки для предупреждения, а затем быстрыми жестами показали продвигаться.

Отряд побежал к яркому свету входа. Каменный коридор, с дверями по правую сторону, откуда валил пар и запахи готовки.

Макколл рукой подгонял их, и отряд поспешил по коридору к перекрестку. Налево или направо, или вверх по лестнице?

Наверх, просигналил Гаунт. Они побежали наверх, за секунду пробегая пролет лестницы, держа в руках пистолеты с глушителями.

На пятом этаже они свернули налево в продуваемый холл, освещаемый тоненькими свечками. Они вжимались в стены и передвигались от тени к тени. Схемы бастиона, которые удалось достать Ноту, были неполными, но достаточными, чтобы сообщить Гаунту, что кухни были в самом низу правой башни, и то, что гости, такие же важные, как и Стурм, должны быть в безопасности в главной центральной башне, возможно на верхних уровнях.

Откуда-то лилась музыка. Отвратительная, резкая военная музыка. Бонин указывал им на следующий перекресток, оставаясь на страже с поднятым пистолетом, пока последний из них не прошел мимо него. Это что были аплодисменты, которые он услышал?

Здесь были узкие окна. Роун подошел к одному и посмотрел внутрь.

— Мы в главной башне, — прошептал он.

Теперь начинается самое сложное, подумал Гаунт. Как будто все, через что они прошли, было легким. Бастион был огромным, с тысячами комнат. Стурм мог быть почти везде.

Они поднялись еще по нескольким лестницам, и вышли на одну из верхних галерей. Галерея когда-то была украшена огромными картинами знати Гереона и командующих армией. На стенах остались только позолоченные рамы. Холсты тоже отсутствовали. В центре каждой пустой рамы на каменной стене был намалеван знак Хаоса.

Ветер стонал в длинном каменном зале. Они снова могли слышать обрывки триумфальной музыки далеко внизу от них.

В конце галереи за аркой была еще одна широкая лестничная площадка. Гаунт размышлял, куда повернуть, когда три солдата Оккупационных войск появились из-за угла.

Ландерсон вздрогнул. Убийство было таким быстрым. Он даже не заметил вражеских солдат до того, как они умерли. Трое разведчиков вытерли свои серебряные ножи и спрятали тела в грязной комнате, рядом с площадкой.

Отряд продвигался дальше, через площадку, и дальше по переходу с множеством дверей в личные комнаты.

Макколл поднял руку.

— Что такое? — прошептал Гаунт, когда они остановились.

— Без понятия, сэр. Пение?