Генетика на завтрак. Научные лайфхаки для повседневной жизни

Хоть настоящее и представляется нам самым реальным из всех трех времен, похоже, что физика и наш мозг объединились, чтобы все усложнить. Даже прошлое имеет свои камни преткновения, ведь представления о минувших событиях сильно различаются в зависимости от того, с позиции какой культуры оценивать ситуацию. Поэтому я посвящаю эту главу времени трусов, оставляющему простор для возможного отступления: будущему. По крайней мере, пройдет хоть какое-то время, прежде чем последуют обвинения в неправоте.

Острая вегетарианская шаурма

Франция считается одним из красивейших мест Европы. Эта страна настолько широко известна во всем мире, а ее репутация так безупречна, что в честь ее столицы даже назвали временное психическое помешательство: «парижский синдром». В первую очередь это касается японцев, мечтающих об отпуске в стране хрустящих багетов. Почему именно японцев? У них, как ни в какой другой стране, популярен стереотип, согласно которому Париж — это волшебный романтический город. Азиаты ожидают увидеть сюрреалистичномагическую атмосферу, наполненную музыкой и прекрасными женщинами, которые пьют вино. Но как только они в действительности приезжают в страну и видят, как кто-то, одетый в футболку без рукавов, несет под мышкой багет, а потом ест его немытыми руками, поплевывая на землю, их картина мира претерпевает такие серьезные потрясения, что некоторые даже сходят с ума.

Причина развития «парижского синдрома» (этот термин был придуман психиатром из Парижа) — различие между ожиданиями туристов и реальностью города.

Симптомы «парижского синдрома» включают в себя острые бредовые состояния, галлюцинации, беспокойство, головокружение, потливость и учащенное сердцебиение. Японское посольство рассказывает, что этих случаев насчитывается более дюжины в год, среди них такие, как история женщины, которая внезапно решила, что ее атакуют микроволны, или мужчины, который вдруг стал считать себя Людовиком XIV.

Я не японец, и мне ни разу не доводилось посещать Париж. Но неужели там все настолько плохо?

Конечно, кулинарные предпочтения французов кажутся несколько непривычными. Их неприязнь к фастфуду так велика, что из упрямства они едят даже улиток только потому, что они такие медлительные. А еще эти лягушачьи лапки! Их едят даже в торжественной обстановке. Например, в Нанте, красивом городе на западе Франции. Там в 2003 году шесть гурманов сели за шикарно накрытый обеденный стол. На белой скатерти расставили блюда, приготовленные из лягушачьего мяса, вкус которых подчеркивало изысканное красное вино. Уютную атмосферу нарушало лишь то обстоятельство, что за гурманами во время их трапезы кое-кто наблюдал. А именно та лягушка, которую они как раз с удовольствием ели. Она, живая и здоровая, сидела в аквариуме рядом со столом, наблюдала, как ее поедали, и думала про себя: «Ква», что, скорее всего, означало: «Что, черт возьми, происходит?!»

Как лягушке это удалось? Что если на третий день она воскресла из мертвых и сказала: «Приимите, ядите: сие есть тело мое?» Скорее всего, нет, амфибию никто даже не спросил, хочет ли она вообще присутствовать на вечеринке. Ранее у лягушки взяли несколько мышечных клеток, что вполне безвредно, но, несмотря на это, не самое приятное занятие в свободное время. Эти клетки выращивали на биополимере для приготовления небольшого стейка из лягушки. Через три месяца лакомый кусочек достаточно подрос. После ночи вымачивания во французской яблочной водке, обжаренный и приправленный медом и чесноком, он был подан на стол. В качестве награды за перенесенные тяготы щедрого донора клеток было решено после торжественной трапезы переселить в красивый пруд, находящийся на территории близлежащего ботанического сада. Для лягушки все сложилось так удачно, что даже гурманы, дегустировавшие стейк, были не так счастливы. Им пришлось через силу доедать прототип стейка из лягушачьего мяса, ведь он показался им совершенно безвкусным. Столько усилий было положено, а они еще имели наглость жаловаться. Стейк вырастили слишком коротким, в связи с чем биополимер не успел разложиться полностью. Так что консистенция напоминала скорее не лягушачьи лапки, а носок, покрытый желе. Гурманы, скорее всего, были рады, что стейк был всего несколько сантиметров в длину.

На вкус блюдо было посредственным. Возможно, определенная бедность вкусовых ощущений даже задумывалась изначально, ведь это арт-проект. Авторы хотели обратить внимание на три вещи: неприязнь французов к искусственно измененной пище, отвращение всего остального мира к французским лягушачьим лапкам и возможность получения мяса таким способом, при котором ни одно животное не должно погибнуть.